Книга После развода. Вернуть истинную, страница 77 – Татьяна Бэк

— Драконы останутся здесь, — отрезал Сивер. Если мы не вернёмся через час, то они очень расстроятся. Я бы не советовал проверять, насколько серьёзны могут быть последствия их дурного настроения.

Церемониймейстер кивнул, не в силах вымолвить ни слова. Его взгляд на секунду задержался на мне — на женщине в простом, изорванном платье, с руками в засохшей крови, стоящей рядом с драконьим генералом, а затем пригласил нас следовать за ним.Мы переглянулись и сделали шаг навстречу неизвестности, за нашими спинами остались драконы, готовые в любой момент превратить столицу в пепел и лёд. А впереди ждал тронный зал, король, Совет, придворные — все те, кто подписал приказ об аресте человека, спасшего их страну. Все те, кто спал спокойно, пока на границе лилась кровь, кто сейчас, наверное, тряслись от страха в своих расшитых золотом креслах.Я сжимала руку Сивера и думала: каким бы ни был исход, мы уже победили. Потому что перестали бояться. Мы нашли силы и смелость сами явиться сюда и рассказать правду, которую так долго не хотели принимать эти самодовольные аристократы, не знающие какого цвета кровь. Сейчас они её увидят: на моих руках — кровь наших раненых, которых спасала всё это время, на ладонях Сивера — врагов, которые больше не потревожат границы королевства.

Двери тронного зала распахнулись, и мы вошли.

Свет ударил в глаза — огромные окна от пола до потолка заливали помещение солнечным сиянием. Золото, мрамор, хрусталь — всё искрилось, переливалось, слепило после нашей серой, закопчённой крепости. А в конце зала, на возвышении, под балдахином с королевским гербом, сидел тот, к кому мы пришли со своей неудобной правдой.

Король... Маленький, тщедушный человек в тяжёлых парчовых одеждах, которые, казалось, давили на него всей своей роскошью. Бледное, нездоровое лицо с мешками под глазами, тонкие губы, бегающий взгляд. Он не был похож на правителя, скорее на испуганного клерка, которого по ошибке посадили на трон и теперь он боится, что это обнаружится.

Вокруг, вдоль стен, выстроились придворные, все в шелках и бархате, с лицами, застывшими в масках подобострастия. Но сейчас в этих масках проступило нечто иное: животный, первобытный страх. Они смотрели на нас, на четверых грязных, окровавленных людей, ворвавшихся в их стерильный мирок, и не знали, что делать.

А за нашими спинами, за стенами дворца, за огромными витражами, маячили огромные тени с крыльями.

Мы остановились в десяти шагах от трона. Сивер не стал кланяться, просто застыл, глядя прямо в глаза королю, и молчал. Я чувствовала, как по нашей связи пульсирует тяжёлая, давящая волна, в которой не было гнева, лишь что-то похожее на брезгливость.

Тишина затягивалась. Король заёрзал на троне, его пальцы вцепились в подлокотники. Он облизнул губы, открыл рот, закрыл — и не издал ни звука.

— Ваше Величество, — наконец произнёс Сивер. Голос его был спокоен, но в этом спокойствии чувствовалась такая мощь, что, казалось, стены дрожат. — Я пришёл поговорить.

Монарх дёрнулся, будто его ударили. Он неловко вскочил с трона, едва не запутавшись в мантии, и отступил на шаг.  Его глаза расширились от страха.— Вы… вы… — залепетал он, тыча пальцем в сторону окон, где застыли тени драконов. — Там… они…

— Мои союзники, — спокойно ответил Сивер. — Драконы Ледяных Пиков. Они пришли посмотреть на короля, которому служили их предки. И который, кажется, забыл об этом.