Книга Отбор для дикой розы, страница 139 – Элен Скор

— Астрия выбывает, это и так понятно, — я обернулся, заметив как поморщился брат. Эта красавица брюнетка была в числе тех четверых, кто ему больше всего понравился.

Оливия кивнула, что-то помечая в своём блокноте, который последние дни не выпускала из рук.

— Минус одна, но у нас слишком мало времени, нужно убрать ещё кого-то. Себастьян, что скажешь? Выбирать тебе!

Брат задумался:

— Тех, на кого было совершено покушение, трогать не будем, девушки и так пострадали, дадим им ещё один шанс. Я так понял — величина растения прямо указывает на величину их дара?

— Да это так, — подтвердил я, удивляясь разумности доводов Бастиана. Взрослеет братишка!

— Тогда убираем ещё двоих, — и он назвал имена девушек, чьи растения оказались самыми крошечными.

— Трое, — задумчиво повторил я, вспоминая лица девушек, — итого, у нас остаются семь невест. Что у нас со следующим заданием, — обратился я к Оливии, но брат опередил меня.

— Я хочу, чтобы они прошли лабиринт!

— Лабиринт? — удивился я.

— Да, тот самый зачарованный лабиринт, помнишь, мама нам о нём рассказывала!

— Но мы даже не знаем, где вход! — я тоже помнил рассказы матери о том, что они с сестрой однажды сбежали из дворца и тайком от всех пробрались в зачарованный лабиринт, пробродив в нём двое суток и подняв на уши весь дворец.

— Я хочу, чтобы они прошли лабиринт! — стоял на своём брат. — Я буду выбирать из четырёх девушек, кто выберется из него первыми! Свяжись с мамой, она расскажет нам все подробности!

— Хорошо! — сдался я. — Оливия, оставь нас, пожалуйста, одних, — попросил я.

То, что я сейчас буду делать, не должен видеть никто посторонний, лицезреть королеву в домашней обстановке может только её семья. Для нашей связи я использовал очень древнее заклинание, наложенное на определённый предмет, самым главным составляющим которого была кровь нашего рода.

Этот обряд мы с маменькой провели ещё во времена нашего с братом обучения в военной академии, правда тут был подвох: мама не очень сильный маг, а брат в то время был ещё слишком мал и заклинание высшей категории было ему не подвластно, поэтому оба предмета пришлось зачаровывать мне. Результатом стало то, что пользоваться ими могли только мы с маменькой.

Брат достал из секретера шкатулку, положил ладонь на магический замок, вскрывая его, после чего достал из шкатулки заговорённое зеркало — маменьке ничего другого не пришло в голову, как использовать для связи одно из зеркал, стоящих у неё на туалетном столике. Только потом мы поняли, насколько оно хрупкое, поэтому последние время Себастьян держал его в шкатулке.

Правда, с каждым годом мы использовали его всё реже, разве только чтобы поздравить маму с днём рождения. Может брат и делал бы это чаще, но без меня зеркало не работало, а я во дворце появлялся не настолько часто, поэтому он вёл с родителями оживлённую переписку.

Брат установил зачарованное стекло на специальную подставку, я снял с пояса кинжал, который всегда носил с собой, надавил острым лезвием на подушечку пальца, рисуя на зеркале кровяные руны призыва.

Поверхность зеркала помутнела, зарябив, и вскоре мы увидели по ту сторону стекла покои матушки и её взволнованное лицо. Она почти не изменилась за эти десять лет, так же молода и хороша — особы королевской крови и их супруги живут не в пример дольше обычных людей.