Книга Плов для стражников, страница 21 – Яна Тарьянова, Майя Майкова

— Оладьи будешь? – спросила Зоя.

Любомир закивал. Зоя сходила в кладовую за продуктами, быстро смешала большую миску теста и принялась аккуратно выкладывать его ложкой на раскаленную сковороду.

По кухне поплыл ни с чем не сравнимый запах, всегда возвращавший Зою в детство. Ветерок колышет белую тюлевую занавеску, на столе, накрытом клеенкой веселенькой расцветки, уже стоят мисочки со сметаной, вареньем и медом. Вьется пар над чашками с настоящим индийским чаем. Мама торжественно заносит с кухни большую миску – красную, в крупный белый горох – и ласково спрашивает:

— Проголодалась, дочка? Иди мой руки, будем завтракать.

Как обычно, стоило ей замечтаться, и оладьи тут же пригорели. Зоя, ругаясь сквозь зубы, принялась быстро перекидывать их со сковороды на тарелку. Любомир следил за ней с немалым удивлением, словно никогда не видел, как жарят оладьи.

По ноге проехался пушистый хвост. Проснувшийся Бублик подтянулся на запах и начал деликатно намекать, что неплохо было бы уделить толику еды такой красивой и послушной собаке.

— Тебе вредно, наверное, – задумчиво сказала Зоя. – Заболеешь еще.

Бублик тихо гавкнул, обещая, что оладьи ему нисколечко не повредят.

— Ты б так на чужих лаял, – недовольно попеняла ему Зоя. – Охранник. Толпа народу туда-сюда пробежала десять раз, а ты даже глаз не открыл.

— Оно и к лучшему, – неожиданно сообщил ей Любомир. За Бубликом он наблюдал со странным выражением лица. Словно он и завидовал Зое, и в то же время хотел оказаться от Бублика как можно дальше.

— И то верно, – согласилась Зоя. – Он же мелкий, начал бы под ногами путаться, мешать. Еще наступил бы кто.

Любомир посмотрел на нее круглыми глазами, открыл рот, чтобы что-то сказать, но тут Зоя брякнула перед ним тарелку с оладьями, и он переключился на еду. Зоя проводила глазами один оладушек, второй… Потом спохватилась, что неприлично в упор смотреть на человека, когда он ест, и переключилась на быстрые взгляды из-под ресниц. Смотреть на Любомира было приятно, и потребовались немалые усилия, чтобы изгнать из головы пробравшиеся туда игривые мысли.

С медом и травяным чаем оладьи пошли просто замечательно. Любомир сначала осторожничал, видимо, не доверял Зоиным кулинарным умениям, а потом вошел во вкус и ей пришлось срочно жарить добавку. Ну и хорошо, все знают, где находится правильный путь к сердцу мужчины!

За едой они обсудили старосту, рыбу – предыдущий трактирщик обожал рыбу и готовил ее три раза в день семь дней в неделю, отчего все стражники теперь ее дружно ненавидели. Зоя рассказала о ночном происшествии с ведром и кошкой, Любомир охотно посмеялся а потом жалобно спросил:

— А ты таверну когда открывать собираешься? А то мы четвертый месяц на сухом пайке, поперек горла уже эти сухари и солонина.

— Ой не знаю, – вздохнула Зоя. – Надо посчитать. Сегодня надо в кладовой все в порядок привести, да хоть вещи свои из сумки вынуть. Потом прибрать нужно тут все, это завтра уже. Посуду опять же перемыть и пересчитать. Продукты на неделю распределить, а тогда уж готовить. Дня три, я думаю.

— Понятно, – кивнул Любомир. – Слушай, я пойду, пожалуй. И это, можно тебя попросить?

— Попробуй, – уклончиво ответила Зоя.

— Не говори никому, что я у тебя тут ел, – страшным шепотом взмолился Любомир. – Мужики узнают – ночью придушат! От зависти!