Книга Эльфийская магия, страница 31 – Елена Князева

Гарри, удивленный и немного смущенный, подлетел к ней, его лицо выражало смесь недоумения и благодарности. Он не ожидал такого вмешательства, тем более от кого-то из Слизерина, и уж точно не от дочери профессора Снейпа.

"Спасибо," – пробормотал он, глядя на Элару.

Элара лишь кивнула, передавая шар Гарри. "Не стоит," – ответила она, ее взгляд скользнул по Драко, который выглядел явно недовольным. "Но в следующий раз, Малфой, будьте осторожнее с тем, куда бросаете." Она почувствовала, как ее эльфийская сущность, обычно спокойная и умиротворенная, слегка возмутилась этой бессмысленной агрессией.

Она снова закрыла глаза, возвращаясь к своему медитативному состоянию, позволяя потокам воздуха унести прочь остатки напряжения. Внутри нее зарождалось новое понимание – понимание того, что даже в мире магии, где царят законы физики и волшебства, человеческие слабости и жестокость остаются неизменными. Она видела, как Гарри, с благодарностью в глазах, улетел прочь, а Драко, с явным раздражением, отвернулся, но не смел возразить. Это было ее первое настоящее вмешательство в чужие дела, и оно оставило после себя странное послевкусие.

Прошло время. Конец первого курса приближался неумолимо. За этот год многое изменилось. Элара, некогда замкнутая и неуверенная в себе, стала смелее. Ее успехи в учебе были неоспоримы, она стала одной из лучших учениц факультета, а ее эльфийская грация, которую она так боялась потерять на метле, теперь проявлялась в каждом ее движении, даже когда она просто шла по коридору. Однако, после Хэллоуина, слухи, распространяемые Драко, о том, что она помогает гриффиндорцам, обернулись против нее. Все слизеринцы ополчились на нее, считая предательницей. С этого момента ее жизнь в родном факультете стала невыносимой.

И вот, они сидели в Большом зале. Атмосфера была наполнена предвкушением. Дамблдор, с присущей ему мудростью, готовился объявить результаты соревнований между факультетами. Элара, стоящая среди своих однокурсников, чувствовала себя чужой. Она видела, как Гарри, Рон и Гермиона обмениваются взволнованными взглядами, и понимала, что их судьба, как и ее собственная, висит на волоске. Она ощущала на себе косые взгляды слизеринцев, их презрение и злобу. Но в этот момент, впервые за долгое время, она не чувствовала страха. Она чувствовала лишь усталость от их мелких интриг и желание, чтобы все это поскорее закончилось.

Дамблдор начал свою речь, и каждый факультет с нетерпением ждал объявления своих баллов. Элара, закрыв глаза, снова погрузилась в медитативное состояние. Она чувствовала, как энергия зала пульсирует вокруг нее, как голоса сливаются в единый гул. Она не знала, что принесет ей этот вечер, но одно она знала точно: она больше не та робкая девочка, которая боялась собственной тени. Она стала сильнее, и эта сила, пусть и принесла ей немало испытаний, была ее собственным достижением. Она была готова принять любой исход, потому что знала, что ее путь только начинается.

Дамблдор объявил все баллы, и Слизеринцы должны были выиграть. Но Дамблдор решил внести дополнительные очки:

"Гермионе Грейнджер за хладнокровие и способность мыслить, когда другим грозила опасность – пятьдесят очков. Вторым, мистеру Рону Уизли, за блестяще сыгранную шахматную партию, одну из лучших за многие годы в Хогвартсе – пятьдесят очков. И третьим, мистеру Гарри Поттеру, за ваше истинное мужество и отвагу – шестьдесят очков!" Все Гриффиндорцы взорвались радостными криками, их лица сияли от восторга. Элара почувствовала, как волна ликования прокатилась по залу, но в то же время ощутила, как напряжение в рядах Слизерина достигло предела.