Книга Подработка на том свете, страница 74 – Татьяна Абалова

Постучавшись в его дверь, я с удивлением услышала, как оборвалась мелодия, наигрываемая на гитаре. Неужели Ви еще и музыкант?

Он открыл нам в наброшенной на голое тело рубашке, попытался ее застегнуть, но плюнул. Приспущенные на бедрах джинсы, мятая рубашка, босые ноги, взлохмаченные остатки некогда роскошных волос – Ви был таким живым… и родным.

— У нас всего один вопрос, – начала я, не решаясь переступить порог. Было как–то неудобно без приглашения.

Мария все решила за нас. Оттолкнув Ви, она прошла в комнату. Уперев руки в бока, огляделась.

— Свинарник, – вынесла она вердикт. – Почему дом за тобой не смотрит?

— Я ему не разрешаю, – Ви нахмурился. Ему было неловко – его отчитывала столетняя повариха. – Не люблю порядок и разложенные по полочкам вещи.

— А когда–то любил, – на что–то намекнула Маша, а я невольно посмотрела на расправленную широкую кровать. Ви поймал мой взгляд и густо, как только умеют рыжие, покраснел. Моя мама жила здесь. Я заметила на тумбочке ее зеркальце и расческу. Я запомнила их. Она носила мелочь, так нужную женщине, в своей сумочке. На подоконнике стояла ваза с пионами.

— За порядком идите к Феру, – буркнул Маше Ви.

— И пойдем, если он нам будет нужен, – кивнула наглая повариха. Скинув с кресла вещи, она уселась сама и, похлопав по мягкому подлокотнику, пригласила меня занять его. Я уже жалела, что ко мне пришла идея расспросить Ви. – Сейчас нам нужен ты. Как вы решали проблемы скитающихся душ до появления цирка?

Ви поднял с пола вещи, бросил их на кровать, сам сел на ковер, сложив ноги на азиатский манер. Большой красивый Будда.

— По–разному, – вздохнув, ответил он. – Нам повезло, что цирк прибился к нашему Дому, хотя место, где они погибли, принадлежало другим высшим. Нам даже завидовали: мы могли колесить чуть ли не по всей стране. У нас однажды пытались увести цирковых, но они наотрез отказались идти в другой дом. Они привыкли к нам. Даже к Дисе и Феру, кого всегда боялись больше огня. Теперь такого преимущества у нас нет. Надо будет подумать, как дальше вести дела. Наверное, опять откроем лавку древностей и будем туда заманивать нужных нам людей.

— У вас была лавка древностей? – я подняла брови. – А теперь можно торговать, к примеру, цветами. Красивый бизнес. Цветы нужны всем.

— Угу, – кивнул Ви. – Особенно погребальные венки. Нам такая специфика больше подходит.

— А у соседей за холмами как решается этот вопрос? – не отставала я.

— Они создали что–то вроде почтового отделения, – Ви поморщился.

Мне не понравилось, с какой неохотой он говорил о соседях. Явно их отношения нельзя было назвать добрыми.

— Хороший вариант, – я, тем не менее, похвалила «прикрытие». – Можно стучать в дверь, говорить: «Вам посылка!», и передавать приветы от почивших родных. Место почтальона пусть займет наш хиппи. Все равно без дела болтается. Кстати, почему он задержался в доме? Времена детей цветов давно прошли.

— Он отправил на аборт любимую, и она погибла. Простить себе не может. Видела, наверное, в гроте памятник девушки с ребенком на руках? Это он сделал. Талантливый скульптор. И мамы твоей скульптуру тоже он…

Ви опустил глаза.

Я села рядом с ним, обхватила его руку, ощутив, как напрягся бицепс, и положила голову на плечо.

— Я благодарна тебе, Ви. За все. За маму, за пионы…