Книга УПС. 33 несчастья, страница 31 – Татьяна Абалова

— А, леди Шадди. Вы ко мне? – эльф остановился. Некромантка кивнула. – Заходите.

— Извините, а как мне быть с моими однокурсниками? – я вспомнила о важном и с мольбой посмотрела на Труэля. – Они же теперь считают меня…

Эльф не дал договорить. Щелчком пальцев шмякнул мне на рот что-то вязкое. Я потрогала онемевшие губы, но ничего не обнаружила, хотя открыть их не смогла.

— Об однокурсниках не переживайте, – он улыбался, видя, как я оттопыриваю губы и строю гримасы, пытаясь снять проклятие. – Ректор наверняка уже принял меры.

Какие меры принял ректор, я узнала позже, когда посетила столовую. Онемение губ прошло сразу же, как декан некромантов закрыл дверь в кабинет. Верная своей привычке, я прижала ухо к полированному полотну, но случился внезапный болезненный прострел, и теперь у меня в голове шумело. Пусть лорд Труэль недавно занял пост декана, он знал, на что толкает студентов любопытство. Жаль. Мне страсть как хотелось услышать, почему леди Шадди плакала.

— Эй, Амари, иди к нам! – в столовой меня окликнул Фейр.

Это было неожиданно. Хотя, если вспомнить, как он мня зауважал после убийства ведьмы, было объяснимо. Но нет, о преступлении он не обмолвился ни словом. Похлопав по стулу рядом с собой, спросил:

— Ну как? Тебе лучше?

Я похлопала глазами, не зная, что ответить. На меня с сочувствием смотрели его товарищи.

— Да ладно, не смущайся. Когда я впервые увидел труп, меня вывернуло прямо на него. Мастер Паллори был в бешенстве. Заставил убирать за собой. Жаль, что ты ушла, мы задавали мертвецу вопросы о своем будущем. Он выдавал интересные пророчества.

— Угу, Фейр спросил, продержишься ты на Лекарском хотя бы семестр или сбежишь? – хихикнул однокурсник, сидящий на противоположной стороне стола.

— И что она ответила? – у меня похолодели руки. У мертвой ведьмы не было языка. Выходит, они вызвали ее душу?

— Не она, а он, труп был мужской, – поправил сосед слева.

Я открыла рот. Даже так? Молодец ректор, полностью изменил воспоминания. Ведьмы будто и не было?

— Мертвец сказал, что ты добьешься всего, к чему стремишься. Правда, ценой расторжения помолвки. Прости, мне жаль, – Фейр накинул куртку на мои плечи, видя, как меня трясет. – Ты девчонка симпатичная. Наплюй. Любой из нас согласится взять тебя в жены. Правда, парни?

— Да! Да. Да-да, – понеслось «успокоительное» со всех концов.

— У эльфов запрещены смешанные браки, – буркнула я, теребя на руке браслет.

Я соврала. Случались союзы с иной расой, но они не приветствовались. Меня волновало другое. Как же так? Мне было больно и обидно. Совсем недавно я горячилась, считая, что брак без любви – это тирания, а теперь жалею, что красавчик с портрета не станет моим мужем. И вовсе он не холодный. И целовался, наверное, умело.

— А если я сделаю себе такие же уши, полюбишь меня? – Фейр улыбался, но улыбка из-за перекошенной половины лица выглядела ужасно. – Смотри, я тоже блондин и глаза голубые, чем не эльф?

Он повернулся ко мне здоровой половиной лица, и я убедилась, что глаз действительно был голубой.

— Ерунда все это, а не пророчество. Разве можно верить какому-то мертвецу? – я обиженно поджала губы.

— Ты чего? Мертвецы не лгут, это всем известно, – Фейр неосознанно подтвердил то, о чем говорил Труэль.

«Ну тогда я – убийца. И теперь понятно, почему от меня откажется княжеский сын», – я скинула с себя куртку и пошла к раздатчицам еды. В тюрьме лишний жирок не помешает.