Онлайн книга «Ну, здравствуй, жена!»
|
Изегер перевел взгляд на другое тело, возле которого в луже крови сидел застывший в своем горе конюх. Из груди Эрдис, смотрящей удивленными глазами в перекрестье балок, торчал нож. Тот самый, с приметной рукояткой, которым девчонка в трактире угрожала бывшей лордовской любовнице. И пусть доказательства вины были налицо, Изегер не верил. Не могла. Откуда бы силы взяла справиться с крупной Эрди? И роста не хватило бы, чтобы накинуть чулок на шею Яниссы - единственной и любимой дочери Галло. Но тут же вспомнилось, как ловко девчонка уходила от Гестиха, как срубила с макушки шлема родовой символ - скрещенные руки, и как одним ударом уложила такого здоровяка, как он. — Правду говорят, коли поплаваешь в воде, в которой смывают остатки магии, станешь сытым колдуном... - произнес кто-то за спиной. Изегер лихорадочно обернулся. Круст. И глаза красные. Плачет. - А безумица в милордовской бочке в первый же день искупалась. — Ведьма! Ведьма! - понеслось по толпе. - Сытая ведьма! — Точно, ведьма! Я слышал, как она разговаривала с кем-то невидимым, и тот невидимый вроде как ей отвечал. — Я в трактире был, когда она словно под землю провалилась! — Бесноватая! Сжечь ее! — Найду, убью! - произнес Кулак, и в глазах его светилась такая решимость, что Изегер поверил. Убьет. «Спрятать ее надо. Магистра из столицы вызвать, чтобы по мыслям прочел, виновата или нет, а потом и суд вершить. Если напала из ненависти, костра не избежит, а если оборонялась, то...» Хотелось, чтобы оборонялась, но все кричало об обратном: о холодном расчете и подготовке к убийству. Ни следов драки, ни разорванной одежды на погибших, ни растрепавшихся волос. Словно на минутку забежали в башню перед танцами. Лорд присел, поднял руку Эрдис, которая еще не остыла. В глаза бросились коротко остриженные ногти да темное пятнышко крови на рукаве нарядного платья. «Эх, Эрди, Эрди...» Изегер мог бы не медлить, сразу призвать строн, и через мгновение девчонка была бы рядом, но он боялся. Боялся, что даже его власти не хватит, чтобы предотвратить кровопролитие. Кулак сейчас не в том состоянии, чтобы мыслить трезво. Свернет шею, и доказывай потом, что не прав был. А сердце заходилось от горя. И горе то было какое-то странное, словно не столько он мучился, сколько девчонка где-то страдала. Изнывала от страха. «Что же ты натворила, глупая?» Изегер пошел к воротам, собрал стражников. — Если Джулию встретите, чтобы волос с ее головы не упал. Случайно или с умыслом кто ее тронет, самолично руки отрублю. За Кулаком следить, чтобы не надумал чего. Вина ее еще не доказана. Я Магистру напишу, он рассудит... Подозвал к себе двух пограничников. Тем, кому доверял как себе. — От Галло ни на шаг не отходите. Следите, чтобы не подговорил кого самосуд учинить. Воины только кивнули и растворились в темноте. «Теперь к себе, закрыться и никого не впускать!» - Изегер почти побежал. Его гнал страх, что он не успеет вызвать строн, и девчонку поймают. Пограничники побоятся нарушить приказ, убить не убьют, но... Лорд Ханнор знал, как его ребята умеют бить, не оставляя видимых следов. Предатель тихо умирал, и никто не мог доказать, что его забили насмерть. И такое приходилось делать. На границе жизнь суровая... Уже подлетая к двери, почувствовал сильнейший толчок. Словно кто-то копьем в грудь ударил. И сердце вдруг затихло. Перешло на мерный стук. Точно сняли с него путы, что сжимали в последнее время. |