Книга Ведьмин костёр: обожжённые любовью, страница 86 – Татьяна Абалова

— Что еще изменили?

Нельзя было не ответить. Ега ждала. Я вышла из–за спины Игната.

— Я вплела в полотно длинную нить, – я опять опустила глаза. Нервно теребила фартук. – Не дала умереть княгине Добронеге. Она добрыми делами заслужила долгую жизнь.

— Не тебе судить, что заслужили люди, а что нет, – строго попрекнула меня ведьма. – Каждому воздается по заслугам. У Добронеги руки в крови. Она легко посылала людей на гибель. Встань ты ей поперек пути, и тебя не пожалела бы. За то ей и были посланы муки и ранняя смерть. А ты, поперешница, все изменила. Теперь придется отвечать за самовольство.

Я со страхом посмотрела на Егу, понимая, что наказание неотвратимо. Действительно, что я знала о Добронеге? Княгиня спасла меня от домогательств Олега, вытащив из княжеских палат и услав подальше?

Но здесь можно было рассудить совсем по–другому: законная супруга убирала молоденькую соперницу, в которую влюбился князь. Наверняка Добронега прознала, что Олег отвалил за меня две деревни. А значит, от сына часть наследства убыла, что любой матери не понравилось бы.

Так же лихо убрала старая княгиня Бажену, рассказав Олегу о ее неверности. И Добронега же приказала утопить любовника Бажены, трепавшегося о связи с той на каждом углу. А смерть Ярослава от укуса змеи? Да, он собирался захватить земли брата, но ей ли вершить суд над ним?

— Что теперь будет? – прошептала я, тяжело сглотнув ставшей вязкой слюну. Благодарно взглянула на Игната, который взял мою руку в свою большую ладонь и сжал ее. Ведьма тоже увидела этот жест, печально вздохнула.

— За вмешательство в дела богов полагается смерть, но Великая Ткачиха, взявшая тебя под покровительство, милосердна. Ты мать, и твой ребенок нуждается в тебе. Но больше тебя здесь видеть не хотят. Ты покинешь приграничье Слави, Яви и Нави сегодня же. До заката солнца. Твой колдовской дар тоже останется здесь. К людям ты выйдешь простым человеком. Каким и была до встречи с богиней.

Я всхлипнула. Я разом потеряла все: покровительство Мокоши, возможность перенять опыт ведьмы, а значит и силу, которая могла пригодиться для восстановления прав на земли Беримиров. А главное, я не успела найти полотно жизни своей сестры. Как теперь не ошибиться и не пройти мимо нее?

— Я уйду с Ясной, – твердо произнес Игнат. – Я в ответе за сына и его мать.

— Твое дело, – ведьма поднялась. – Я тебя не гоню. Твоей вины здесь нет. Но учти, там, за перевалом, жизнь не будет к тебе милосердна. Там ты никто. Ни княжеский сын, ни наследник богатого отца. Придется начать все заново.

— И все же я уйду. Хватит прятаться от людей, – Игнат развернулся и направился к лестнице. Как я поняла, за сыном.

Я упала перед ведьмой на колени. Нет, не для того, чтобы умалять о прощении. Я знала, что боги не простят и брезгливо отвернутся, если я буду рыдать и виться ужом. Обидно, что я поступила так глупо, но я всей душой верила, что делаю все правильно. Когда же я наберусь мудрости?

Мой необдуманный порыв обрек на скитания сразу троих. Что у нас ждет там, за перевалом? У нас ни кола, ни двора. Мы даже не сможем заявить права на свои земли. Кто в нас признает наследников Ратиборов и Беримиров? Кто пойдет за нами? Мы сами на себя не похожи. Самозванцы. Легко рассуждать и строить планы, когда ты сыт и живешь в тепле.