Онлайн книга «Дневники фаворитки»
|
— Я очень боюсь, что ваша сегодняшняя шутка не пройдет бесследно. Грасия вас запомнила и не преминет отомстить. — Мстить серой мыши? Фу, как мелко! — «госпожа» села и уставилась на Жейму. — А ты откуда знаешь, что у нас была стычка? — Служба такая… — Очень хорошо. Значит, через служанок ты сможешь разведывать все, что происходит в гадюшнике. Мы должны быть во всеоружии. На ужин Софи пошла готовая к новой схватке, но та не случилась. Новенькую попросту игнорировали и смотрели мимо, точно она стеклянная. «Вот и ладненько!» Разочаровало ее совсем другое — излишне легкий ужин. Теперь она непременно запомнит, что в обед нужно наедаться поплотнее. Выросшая в глуши, где изящество фигур считалось болезненным состоянием, «крестьянка» не особо ограничивала себя в еде. Подвижная от природы, она не давала ни одного шанса завязаться жирку. Бегала быстро, плавала как русалка, без остановки взлетала на гору Сипун, чтобы оставить подношение капризным богам. Гелька же выдыхалась на первой сотне ступеней и поджидала возвращения сестры в лежачем состоянии. * * * Ночью, когда Жейма ушла в свою комнатку, София достала жемчужное платье. Близился осенний бал, а мыслей, как раздобыть приемлемый по здешним меркам наряд, не прибавлялось. Купить в городской лавке? Но сможет ли она, не искушенная в фасонах, сделать правильный выбор? Не подсунут ли ей залежалый товар? Как бы не стать еще большим посмешищем. Софи рискнула бы и пошла в жемчужном платье, лишь бы увидеть, как вытянется лицо незнакомца, посчитавшего ее за крестьянку, но где взять туфли? С тоской посмотрела она на обувь, выставленную служанкой у двери. Еще месяц назад Гелена и мама, помогая выбирать башмаки у столичных торговцев, отозвались о них как о «миленьких». И ведь не сказать, что на ярмарку свозили то, от чего в Элькасии нос воротили. Просто в Гремыках другую обувку не носили. Выстави купцы атласные туфельки, расшитые жемчугом и перьями, народ бы подивился, поцокал языками, но ни за что не купил бы. — Мама, я по тебе скучаю… Как все было просто рядом с ней! Она, наверное, отродясь не пользовалась ни помадой, ни румянами. Ну и пусть кожа на руках загрубелая, зато как эти руки умели обнять, погладить по голове, вытереть слезу после драки с Геленкой… Тоскуя по родным, София теребила жемчужину, что в компании других была пришита к подолу платья. — Вот бы открылась сейчас дверь, и я шагнула прямо в мамины руки… Дверь открылась. Совершенно незнакомая и всего лишь мгновение назад не существовавшая. София поднялась, тяжелое платье соскользнуло на пол. — Софка? — в проеме двери застыла одетая по-домашнему, а потому родная до слез Гелена. Сделав большие глаза, она отступила на шаг назад и дико, как только одна сестра-близняшка могла драть глотку, заорала: — Мама!!! Софья подошла ближе. Не веря своим глазам потрогала распахнутую дверь, обернулась на полумрак своей комнаты, примечая, что свет от лампы Гелены ложится ровной дорожкой на монастырский ковер, до боли прикусила губу, пытаясь уверить себя, что заснула, и все происходящее ей мерещится. Но когда на крик прибежала Радуца, а за ней и отец с Дарилом, сомневаться перестала. Смело переступила порог и кинулась на шею матери. — Ох! Что же это?! — Пава чесал голову, силясь понять, как их дочь могла попасть из одного города в другой. |