Книга Дневники фаворитки, страница 175 – Татьяна Абалова

— Да, это правда, — подтвердила Софья и поспешила распутать завязку на парчовом мешочке. Когда она передавала королю записи Милены, пальцы у нее дрожали.

— Что это? — король наскоро пролистал страницы первого дневника. — Женский роман? Зачем он мне?

— Его писала Милена Мирудская, ваша фаворитка. Не знаю, помните ли вы ее. Она погибла в Драконьем замке во время последней Волны.

— Мой король, — Асдиш приподнялся и протянул отброшенный в сторону второй дневник, — я думаю, вам следует начать с конца. Здесь оставила свои записи Велица.

— Да?

Пришлось помочь королю найти нужную страницу, он никак не понимал, где же среди пустых листов послание его кормилицы.

Углубившись в чтение, он лишь раз поднял напряженный взгляд

— Это ужасно, — наконец, произнес он. Его лицо сделалось еще бледнее. — Вы не могли бы оставить меня наедине с этими дневниками?

— Да, Ваше Величество, — оба гостя подскочили со своих кресел.

— Не уходите из дворца. Я распоряжусь, чтобы вам отвели покои. Хочу, чтобы вы были под рукой. Я вызову, как только соберусь с силами.

* * *

Наступило утро, а король так и не пригласил к себе пребывающую в нетерпении пару. Им выделили разные комнаты, но Эрли пришел к Соне и отказался уходить, несмотря на побелевшие от злости губы второй фрейлины королевы.

Она, в раздражении покидая гостевые покои, прошипела фразу, которая дала пищу для ума на всю ночь:

— Еще одну не успел схоронить, как вторую тащит в постель.

— Кто-то умер? — поинтересовался Асдиш и получил в ответ полный яда взгляд. Лишь на рассвете Эрли сумел разговорить часового, зачем-то поставленного у их двери.

— Я не спрашиваю, зачем ты здесь…

— Приказано охранять!

— … но ответь, что вчера произошло во дворце? Кто-то умер?

Известие о том, что дочь Тайного советника покончила жизнь самоубийством, ввергло Соню и Эрли в сумеречное состояние. Все размышления приводили к одинаковому финалу: Грасия отважилась на страшный поступок из-за разорванной помолвки. Вина легла на плечи обоих неподъемным грузом. Соня плакала.

Жалко ли ей было Грасию? Конечно да. Смерть молодой женщины, какой бы она ни была, не могла оставить равнодушной.

— Мы погубили ее.

— Соня, не говори так. Не мы толкали ее с колокольни. Многие пары расстаются, но мало кто идет топиться или вешаться. Я чувствую, что здесь что-то иное. Причина более серьезная. Посуди сама: разбиться чуть ли не на ступенях королевского дворца, позволить всем знакомым глазеть на твое искалеченное тело, какая женщина пойдет на это намеренно? В смерти мало приятного. Нет, здесь поступок импульсивный, не дающий возможности принять правильное решение.

— Но тогда кто довел Грасию до смерти?

— Я думаю, со временем причина откроется. Лорд Кордович серьезный человек, который достойно принял мои аргументы против брака с Грасией. Он не будет вешать голословные обвинения. Он разберется.

— Его Величество король Таллен Третий, — двери распахнулись и в них вошел король. Он переоделся, волосы после купания все еще оставались влажными, но печать бессонной ночи тенью лежала на его лице.

Софья слезла с кровати, где, так и не сняв платье, куталась в покрывало, торопливо поискала сброшенные туфли, но не найдя их, присела в глубоком поклоне. Таллен смотрел только на нее.

— Как вас зовут? Назовите свое полное имя, — ломаным голосом — таким говорят, когда во рту пересохло, спросил король. Он подошел так близко, что Софья, захоти она встать на цыпочки и заглянуть в глаза, нашла бы там свое отражение. Король взял ее за плечи и повернул к свету. Лучи Лейрены с утра были ласковыми, но все равно ослепляли. — Как вас зовут? — Таллен в нетерпении тряхнул ее за плечи.