Книга Дневники фаворитки, страница 145 – Татьяна Абалова

— Если хочешь, я вышлю твоего брата из страны. Я же чувствую, что ты его боишься, — слово «ненавидеть» Таллен, не желая обидеть супругу, обошел более нейтральным выражением.

— Нет! — Донна так рьяно воспротивилась, что супруг опешил. — Я не смогу жить без него! Я умру, если Гванер окажется далеко!

Расспросы и желание помочь оказались бессмысленными, лишь будили обоюдную боль. Всякий разговор по душам заканчивался истерикой королевы.

«Что ж, насильно мил не будешь», — рассудил король и более не стремился сблизиться с Донной. Он находил удовлетворение на стороне. Хорошо, что мудрый отец внес в договор условие расторжения брака: если в течение семи лет королева не понесет, она возвращается в свою страну без притязаний на принесенные в качестве приданого золотые рудники. Осталось лишь переждать каких-то шесть с половиной лет.

Гванер, видя, как рушатся его надежды, забил тревогу, и в дело вновь вмешался король Велирии. Явившись ко двору, Рубдрих попенял Таллену, что тот, не посещая спальню жены, грубо нарушает договор.

— Как Донна забеременеет, если вы спускаете семя на стороне? Я как мужчина вас понимаю — нелюбимая жена мало прельщает, а потому требую, чтобы вы посещали ее в определенные дни, когда зачатие наиболее вероятно. Также хочу предупредить, появление ваших бастардов Велирия расценит как объявление войны.

— Донна больше привязана к брату чем ко мне, — Таллен поморщился. Он не терпел давления со стороны. — И сама неохотно распахивает двери своей опочивальни.

— Вы сами виноваты, что супруга противится вам, — возразил Рубдрих. — Она смотрит на брата, потому что в нем, а не в вас, видит защиту. Она горела от любви, вспомните хотя бы письма, что Донна писала вам, а вы эту любовь убили. Велирийские женщины остаются верны мужьям, если в первую брачную ночь те разбудили в них страсть и желание любить своего избранника. У вас, увы, не получилось. И вовсе не постели жаждет моя дочь, стремясь к Гванеру, а братских объятий, утешения. Ей, в отличие от вас, не свойственны походы к любовникам. Надеюсь, вы хоть это заметили?

Чем еще можно ударить мужчину, как не обвинением в неспособности доставить удовольствие женщине? Таллен смутился. Неужели он в ту первую ночь был слишком нетерпелив и своими действиями навсегда отвратил от себя жену? Ведь это он целый год писал письма и жаждал заполучить красавицу Донну в жены!

* * *

Донна и Гванер подслушали тот разговор.

— Ты срочно должна забеременеть! Я найду тебе лучших лекарей.

Сколько их побывало в опочивальне королевы? Надежды, слезы. С появлением нового лекаря вновь надежды, и после продолжительного, а порой и болезненного лечения, опять слезы. Один лишь доктор Фурдик не принялся успокаивать и опаивать бесполезными лекарствами. Он сразу сообщил, что беременность невозможна.

— Я думаю, все предыдущие лекари молчали о причине невозможности оплодотворения, боясь вашего гнева, — Фурдик покосился на вошедшего в комнату Гванера. — Говорить правду — весьма опасное для жизни занятие. Проще выписывать отвары, назначать притирки или расслабляющие массажи, и поиметь кучу денег, чем обнаружить себя в реке с мешком на голове.

— Доктор, я жду правду, и обещаю, что не трону вас, — голос Гванера был лишен каких-либо эмоций. — Слово Велирийского принца.