Книга Дневники фаворитки, страница 116 – Татьяна Абалова

Софью передернуло.

— … Эрли оказался умнее. Он отверг тебя. А утром, не ожидая того, лорд Асдиш сделался женихом Грасии Кордович. Я приложил все усилия, чтобы он больше к тебе не приближался.

Соню тошнило. От омерзения, от страха, от открывающейся истины.

— Глава Тайного ведомства давно мечтал породниться с моим племянником, но я ему весьма доходчиво объяснил, насколько норов его дочери противен королеве. Двум змеям в одном гнезде не ужиться. Кордович принял доводы, а я подсказал ему о страсти между Грасией и лордом Асдишем. Я сам видел, как она тянула его в комнаты, куда уединяются вовсе не за тем, чтобы обсудить вышивку крестом. Старый шпион верно рассудил: зачем ему птенец, пусть и жар-птицы, в небе, когда можно держать за горло золотого петушка?

Гвенар рассмеялся собственной шутке.

— Впервые в жизни Асдиш сделал правильный выбор. Тюрьма убивает и не таких бунтовщиков.

«Не плакать! Не плакать!» — приказала себе Софья, но предательская слеза все-таки проложила горячую дорожку по щеке. Гванер слизал ее и вновь попытался прорваться языком в рот. Потерпев поражение, отпустил заломленную руку пленницы, но лишь затем, чтобы рвануть ворот платья вместе с нижней рубашкой. Месть за сопротивление.

Софья торопливо прикрыла голую грудь обрывками ткани.

— Еще Лейрена не зайдет, ты позволишь творить с твоим телом все, что мне вздумается, — Гванер провел ладонью по колену будущей фаворитки. Она плотнее сдвинула ноги, но длинные пальцы мужчины были настойчивы.

— Прекратите. Это… Это недостойно благородного лорда.

— Даже короли не проявляют по отношению к желанной женщине благородства. Право первой ночи не подразумевает оного. Почему бы и мне, принцу крови, сыну Велирийского короля, не повести себя так же? — и убирая руку от того места, в глубины которого желал бы проникнуть больше всего, о чем свидетельствовал вздувшийся гульфик, Гванер с досадой добавил: — Как же много на тебе одежды.

Пленница перестала дышать.

— Садись на место!

А Софья и не заметила, что поднялась. Она даже перестала чувствовать боль в ребрах. Как мало надо для скорого излечения! Душевна боль затмит любую.

— Ну хорошо. Не хочешь сидеть, стой, — лорд Гванер тоже поднялся, одернул полы камзола, ладонью прошелся по волосам. Сейчас София не видела в нем того красивого мужчину, каким он казался прежде. Хищник. Равнодушный к страданиям жертвы хищник.

— В-вы когда-нибудь любили? — почему-то ей важно было получить ответ на этот вопрос.

— Я и сейчас люблю, — он не понял. Нахмурил лоб. — За сестру я готов отдать жизнь.

— Нет, не сестру. Женщину.

Гванер посмотрел на Софию с усмешкой. Остановил взгляд на истерзанных им же губах, на пальцах, что собирали на груди одежду, превращенную в тряпки, спустился ниже. Юбка с одной стороны задралась, и из-под нее виднелись штаны, какие не позволила бы себе ни одна настоящая леди.

— А как ты думаешь, почему я выбираю светловолосых и похожих на сестру женщин?

— Вы извращенец?

— Еще один вопрос, и я возьму тебя силой.

Софья запечатала рот ладонью.

— Всегда запрещал себе связываться с простолюдинками, но ты такая… — лорд, раздевая ее взглядом, приблизился, но пленница, желая сохранить дистанцию, отступила. Шаг и еще шаг. Странный танец похоти и ненависти. Желания и страха.