Книга Секрет звездного странника, страница 2 – Татьяна Абалова

— Не думать! Не думать!

Погрузчик и роботы покинули склад. Двери медленно сомкнулись, щелкнул магнитный замок. Я дотронулась до браслета, болтающегося на запястье – последнего подарка моего «возлюбленного». Одна из функций сложного технического гаджета – подбор отмычек к стандартным замкам. С его помощью я собиралась покинуть мало подходящее для человека убежище. Мне повезло, что я сумела проникнуть на склад во время погрузочных работ. И сильно надеялась, что способностей моего ключа хватит выбраться отсюда до того, как кончится кислород. В принципе, для чего в грузовом отсеке использовать нестандартные замки? Только в том случае, если перевозчик занимается переброской контрабанды или оружия.

Завыла сирена и над дверью загорелась желтая лампа – предупреждение, что звездолет готов к старту. Если кто–то замешкался на складе, есть тридцать секунд, чтобы дать о себе знать. Я не воспользуюсь этой возможностью. Мне надо, чтобы корабль покинул планету.

— … двадцать восемь, двадцать девять, тридцать.

Вой сирены прекратился. Загорелась красная лампа.

Я скрипнула зубами. Это сигнал, что в склад не будет поступать кислород. Здесь живых организмов нет, и нет нужды тратить драгоценный ресурс. Потух свет. Я оказалась в полной темноте. Включив подсветку, посмотрела на часы. Они были на том же браслете, где располагался магнитный ключ. Пошел отсчет времени. Кислорода в маске осталось на полтора часа.

Корабль тряхнуло – он отцепился от стапелей и покинул стоянку.

— Прощай, Лагерта! – прошептала я. – Спасибо, что дала возможность выжить.

Я передернула плечами, вспоминая недолгий отрезок времени, что провела на четвертой по значимости планете в родной звездной системе. Основная ее проблема – разреженный воздух, поэтому без масок вне зданий нельзя находиться. В помещении все иначе – тут работало оборудование, снабжающее местное население кислородной смесью. Для того типа людей, к которому отношусь я, вполне терпимо, если не считать небольшой проблемы – специфической добавки, необходимой для жизнедеятельности аборигенов. На гостей она оказывала возбуждающее действие, переходящее в эйфорию.

Не зря эту планету считали центром низменных страстей. Здесь даже ярый приверженец строгих нравов через час начинал искать развлечений в многочисленных публичных домах, игорных заведениях и питейных притонах. Изготавливаемая на Лагерте шипучая сармака усиливала эффект, и попробовавший ее становился животным, желающим спариваться сутки подряд.

Да, именно для одного из таких человекообразных меня на Лагерту и привезли. Гризли Лероя желали унизить, продав его дочь искателю приключений за мелкую монету. Моя цена – один верлак. Да трусики на мне стоят дороже, чем челнок мерзавца, выкупившего «девку».

— Не думать! Не думать! – приказала я себе, не желая вспоминать, что во время сделки велась съемка: крупным планом квадратная монета с дыркой посередине – когда–то такую носили на шее рабы. Чтобы могущественный Лерой задохнулся от бессилия.

— Держись, папочка! Держись!

Наверняка видеоотчет о сделке уже пищал в его зумкоме.

Меня спиной придавило к ящику. Я уперлась ногами в соседний. Знала, что кипа не сдвинется, поддоны намертво привинчены к полу, но так удобнее было пережить перегрузку – корабль набирал скорость, чтобы вырваться из объятий Лагерты. Час и система стабилизируется.