Книга Я на тебе (никогда не) женюсь, страница 24 – Анна Рейнс

Несмотря на все переживания, первый день проходит сносно. Сарс почти не обращает на меня внимания, ну а я просто пытаюсь... привыкнуть. Тело ноет, зад отбит, лицо обветрено. Мы скачем с раннего утра до поздней ночи, делая остановки лишь для того, чтобы дать лошадям отдохнуть.

Теперь понимаю, почему так быстрее. Мы сворачиваем с широкого торгового тракта и пробираемся по узким тропам. Через леса, овраги, холмы. Наш отряд просто бы здесь не проехал.

Эх, вот бы это все просто перелететь. Говорят, раньше драконы умели принимать первородную форму ящеров. Но сейчас звериное начало спит глубоко внутри.

Лишь единицы могут его призывать, но и то не на долгое время.

Генерал Сарс — один из них.

Остальных драконов отличает от людей высокий магический резерв, скорость реакций, выносливость, обостренные органы чувств, а еще пресловутое обаяние.

Чем дракон сильнее, тем сильнее воздействие на противоположный пол.

Мне ли не знать.

В общем, драконы — такая же элита нашего общества, как и маги. Высшие аристократические титулы и военные звания принадлежат им. Если рассуждать логически, то у меня тоже должен быть дар.

Вот только сколько я ни пытаюсь заглянуть внутрь себя, то ничего не чувствую.

Нужно будет пройти повторную проверку. Как дома окажусь.

Все эти мысли помогают мне продержаться в первый день. Когда прибываем на постоялый двор, я готова разрыдаться от счастья. Дэлмар неожиданно меня хвалит, кидая оценивающий взгляд.

— А ты выносливая. Даже не пикнула, хоть и скакала весь день.

НУ неужели я от него хоть какого-то человеческого отношения дождалась?

— У меня все тело болит, — жалобно выдыхаю я.

— Поначалу у всех так. Потом понравится, — проникновенным тоном обещает он.

Смотрит на меня пару секунд, а затем лезет в седельные сумки. Достает небольшую баночку. — Держи.

— Что это?

— Мазь. Снимет боль.

— Спасибо, — я благодарно улыбаюсь, и он как-то безнадежно вздыхает.

— Помочь? Намазать? — отрывистым тоном спрашивает он, снимая поклажу с конской спины. Закидывает себе на плечо. Делает то же самое с моими сумками.

— Я справлюсь. Завтра встречаемся на рассвете?

— Да. Не проспи.

В общем зале шумно и многолюдно. Я привыкла, что стоило военному отряду зайти, как жизнь вокруг замирала. Становилось тихо, мрачно, а посетители спешили подняться в свои комнаты, а то и вовсе уйти.

Здесь же до нас никому дела нет. На Дэлмара бросают взгляды — но не потому, что он генерал вражеской армии. А потому что просто иначе не могут. Он их точно магнитом притягивает.

Какая-то блондинка рядом со стойкой в прямом смысле замирает. Глаза расширяются, дыхание сбивается.

Все это настолько очевидно выглядит, что я испытываю стыд. Неужели я когда-то такой же жалкой была?

Она приходит в себя, только когда ее спутник зовет. Возраст у него такой, что не поймешь: то ли отец, то ли дед, то ли... муж. Следом наступает наш черед. Дэлмар оплачивает две комнаты, горячую ванну, ужин. Доносит сумки до моей комнаты, а затем уходит.

Вот так, без похабных предложений, издевательств и прочей ерунды. Удивительно.

Следующий час я отмокаю в горячей ванне, а затем кое-как наношу мазь на ноющие мышцы. Долго думаю, стоит ли вернуть ее сейчас. Вряд ли он для меня ее купил, а, значит, ему тоже нужно.

С трудом натягиваю одежду, а затем выглядываю в коридор. Вижу ту самую блондинку, что стояла перед нами у стойки. Осторожно идет к комнате Дэлмара.