Книга Лекарство от разбитого сердца, страница 66 – Анна Платунова, Мария Фир

А еще… Тесса прежде не сталкивалась с подобными эмоциями. Почему дыханию в груди становилось тесно, когда она смотрела на обнаженные предплечья Дарена? На его красивое сосредоточенное лицо? И, что самое странное, больше всего внимания притягивали губы сурового мужчины. Такое мучительное и сладкое чувство…

«Я не влюблена! — одернула себя Тесса. — Нет!»

«Да…» — шептало сердце.

Дарен

Ещё несколько дней пролетели словно одно мгновение. Отделение скорой целительской помощи редко пустовало, но, к счастью, крупных аварий на окрестных улицах и фабриках в эти дни не случалось. Дарен начал всерьёз раздумывать, не взять ли ему выходной. Милена радостно поддержала отца, а когда он заявил, что хочет использовать свободное время для поисков няни, тут же надула губы.

— Я думала, мы поедем гулять к морю, — вздохнула дочь. — Кормить чаек и смотреть на парусники. А ещё будем ловить рыбу с доном Бейном. Он сказал, что подарит мне удочку!

Рассказы одного из недавних пациентов, рыбака, живущего в лачуге на берегу морского залива, впечатлили Милену на целую неделю. Тьер Мортенс уже и забыл, когда в последний раз бывал на побережье, но в памяти всплывал солёный ветер, треплющий волосы, мягкий белый песок под ногами, шелест волн. Неугомонная дочь протянула ему календарь, предлагая выбрать день.

— Если всё будет хорошо, то можно попробовать… — задумчиво пробормотал Дарен.

— Пап, нужно не пробовать, а делать!

— Думаешь? А что, если случится аврал и дона Коллин, дон Фери и дона Ларт не справятся одни?

— Когда-нибудь точно случится, — со знанием дела рассудила Милена. — Поэтому давай поскорее устроим выходной. Например, прямо завтра, ладно?

— Я не знаю, милая, но обещаю обдумать этот вопрос, — серьёзно сказал тьер Мортенс.

Пока он думал, ветер с юго-запада принёс в Лорн тяжёлые грозовые тучи и город на три дня накрыло ливнями. На работу приходилось добираться закутавшись в плащи и вооружившись зонтами, правда, это не помогало — и волосы, и одежда всё равно намокали. Извозчики стали брать втридорога, но даже так нанять экипаж не получалось: желающих ехать в сухой кабине было слишком много.

На поток пациентов скверная погода почти не повлияла. Да, мальчишек, прыгающих по крышам и лазающих по деревьям, поубавилось, зато прибавилось любителей горячительных напитков, которые, в попытках обогреться после ливня, не рассчитывали свои силы. Или устраивали пьяные драки.

Пожилые люди поступали с сердечными проблемами и болью в суставах. Обострялись каменная хворь у гномов и грибной кашель у орков, а высокородные фреи, которых изредка заносило в больницу святой Агаты, страдали от мокрянки — болезни, вызывающей в промоченных ногах невыносимый зуд.

— Как хорошо, что я не фрея, папуль. — Милена привычным движением скинула с ножек сырые от дождя туфельки и принялась деловито набивать их скомканной газетой, чтобы просушить.

— Это точно, мокрянка нам не грозит. А ну, покажи мне нос!

— У меня тёплый нос, доктор Мортенс. Иди лучше проверь у Терезочки.

— Это будет не очень прилично, если я стану трогать нос взрослой девушке, — проворчал Дарен.

— А ты, как у меня, определи температуру носа по цвету. Синий — совсем холодный, белый — просто холодный, красный — горячий. Кстати, смотри, солнышко выглядывает!