Книга Зачёт по похудению и поцелуям, страница 20 – Ирина Коняева

Я осторожно понюхала, привычно разделила ароматы на составляющие.

— Без подвоха? — уточнила по привычке.

— Клянусь собственной репутацией.

— То есть подвох всё — таки есть, — не удержалась от ехидства.

— Линвуд.

Вместо ответа сделала большой глоток чая и блаженно закрыла глаза. Он был очень вкусным и идеально сбалансированным. Травы и мёд прекрасно оттеняли и дополняли друг друга.

Виктор некоторое время молчал.

— Это нормально — не доверять тому, кого долгие годы считала врагом. Но разве поступки настоящего не важнее ошибок прошлого? — тихо спросил он.

— Я… Дело не в том, что я не доверяю.

— Хотя ты не доверяешь.

Не стала спорить, он был прав, я не так легко прощаю людей. Даже тех, кого хочу простить.

— Дело в том, что я пока не готова обсуждать происходящее.

Я сделала ещё один глоток чая и посмотрела в темноту.

Откровенно говоря, я хотела рассказать всё Виктору. Про требования Морлена и его безумный кабинет. Про диплом. Про то, как страшно вдруг оказалось, что те, кому доверяла больше всего, умеют давить так, что дрожат руки.

Профессор долгие годы был моим наставником, вдохновителем, тем человеком, за которого я могла поручиться, ни на гран в нём не сомневаясь.

И тем больнее мне сейчас.

Тем обиднее.

Виктор кивнул. Не стал давить и требовать ответа.

— Хорошо. Но если передумаешь, ты знаешь, где меня найти.

— Угу, — только и ответила я.

Когда я вернулась в свою комнату в общежитии, была глубокая ночь. На столе лежал конверт — официальный запрос с печатью кафедры.

Требование предоставить полный состав и методику приготовления связанного зелья.

Я скомкала бумагу.

Потом разгладила и перечитала ещё раз.

В дверь осторожно поскреблись.

— Элия? — шёпотом позвала Ева. — Ты не спишь?

— Нет.

— Рецепт требуют, да?

Я сжала губы и кивнула.

— Хочешь, позову брата? — спросила она. — Он много в чём разбирается.

— Не стоит.

— Уверена?

Нет. Совсем не уверена. Вообще ни капельки. Мне страшно, больно и обидно. И сейчас я как никогда понимаю героинь, которые плачут и хотят на ручки.

Я тоже хочу!

Хочу, чтобы кто — то большой и сильный решил все мои проблемы и выдал мне шоколадку залечить нервы. И обнял крепко. И, может, даже поцеловал.

Но я всё равно сказала:

— Да, уверена. Не стоит его отвлекать.

Когда Ева ушла, я ещё долго сидела на кровати в темноте.

А потом очень неохотно признала самое неприятное — у меня есть проблема посерьёзнее Морлена. Всё это время я хотела на ручки к Виктору Аргенталю.

День седьмой

Когда Виктор пришёл на очередные замеры и взвешивание, моя лаборатория напоминала чердак ведьмы.

— Что это? — поинтересовался он.

— Лекарственные травы, растущие у Северных Гор. Я видела, что твою группу отправляют туда на практику и решила провести для тебя небольшой семинар. Там неспокойно в это время года, а магия работает не везде, так что сегодня будешь учиться останавливать кровотечение в полевых условиях и обеззараживать раны, — сообщила я, раскладывая травы.

Он усмехнулся и сел напротив.

— Какая трогательная форма заботы.

— Не обольщайся. Я просто таким образом повторяю учебный материал.

Виктор деликатно сделал вид, что верит притянутой за уши отговорке, а я начала урок.

— У тебя хорошая память, — невольно заметила я, когда мы отработали всё запланированное.