Книга Поместье для Вдовы, или Это моя дочь, Дракон!, страница 8 – Рика Лав

Могу же я что-то сделать⁈

Призадумалась. Наверняка могу, но хорошо бы понять свою роль в этом мире. Если это что-то вроде нашего 18–19 века, то придется не так просто.

Господи, что я вообще знаю про феодализм и помещиков⁈ А про детей?

Мне как-то с бизнесом привычнее было бы.

Потерла лоб, что начинал болеть от дикой мигрени, новый мир отказывался усваиваться с этими варварскими порядками в моей голове.

— Веда, — окликнула женщину. — А вы не знаете, где здесь мой… Моё… — запнулась, не зная как назвать предполагаемый дом. Но новая знакомая сама закончила за меня:

— Поместье? Ну да, вы то второй день тут, по темноте уж не дойдете обратно! Я сейчас! Только Мариса предупрежу, он присмотрит за малышней, да проведу вас! Еще не хватало, чтобы барынька новая себе ноги в темноте переломала!

Веда кинулась куда-то в холл, послышался ее разговор, видимо с тем самым Марисом.

Вздохнула, повернулась к девочке.

Она сидела на табуретке подле меня у стены, положила обе ладошки на столик, а на них умастила и головку. Наши взгляды встретились, в детских глазах поселилась такая тоска, что мне не по себе стало.

Протянула руку и погладила малышку по нежной коже щеки.

— Как тебя зовут, милая? — прошептала, улыбнувшись.

В ответ девочка распахнула удивленно глазки. И тут плотину будто прорвало, так ребенок зарыдал с подвыванием, слёзы градом из глаз покатились.

Я в шоке сидела просто, как я смогла довести ее до слез всего одной фразой?

— Аника-а-а-а — прохныкала девочка.

— Ну тише, тише милая! — потянулась и обняла, прижав к себе. Она такая хрупкая в этом серовато-голубом платье, что же с ней случилось? Как она тут очутилась? Почему с барыней? У приюта?

Собиралась уже спросить ребенка про родителей, как в закуток вернулась Веда, кутаясь в шаль. Она взяла с полочки еще одну лучину и потянулась ее зажечь, видимо для дороги:

— Мы уж не надеялись на внимание новой барыни, спасибо вам, даже если помочь не сможете, на сердце легче, что есть такие господы, — прошептала женщина, глядя как я утираю мокрые щеки малышке. — А вы не успели вдовью долю принять, наследство осмотреть, так сразу к нам ринулись. Еще и не одна. Не думала, что вы к нам с дочкой придете. Это же юная госпожа Аника, правильно поняла, простите мою вольность?

Я застала на месте. Дочь?

Моя дочь?

Я посмотрела на Анику. Ее карие глаза, темные кудрявые волосы, худенькое тельце в затертом платье — она смотрела на меня, как на целый мир. Мое сердце ухнуло куда-то вниз.

Твою мать!

♥︎ ♥︎ ♥︎

ВИЗУАЛЫ⬇️

Микэль

Аника

Темень такая, что рук-ног не видно. Как она вообще по такой темноте ребенка притащила? Зачем?

Мы прошли уже 200 метров по каменистой с щебенем дороге от приюта в обратную сторону. Справа зиял резкий спуск, ведущий к морю — я слышала далекий шум волн, разбивающихся о берег внизу. Слева дорога поворачивала к деревне, так сказала Веда, сама я ничего толком разглядеть не могла, но оттуда лаяли собаки и тянуло отходами животных.

Аника споткнулась в очередной раз, но вдруг покачнулась прямо к краю обрыва. Сердце екнуло — я мгновенно подхватила девочку на руки, сцапав ту за ткань платья на спине, как в моем мире мамы на площадке ловили детей за капюшон при падении. Крепко прижала ее к себе. Она была такой легкой, в чем только дух держится.