Книга Поместье для Вдовы, или Это моя дочь, Дракон!, страница 258 – Рика Лав

Она глядела на меня широко раскрытыми глазами. Руки, теперь свободные, легли на мои плечи, но не толкали прочь. Просто лежали там, пальцы слегка сжимали ткань рубашки.

Долгая-долгая, бесконечная пауза.

Потом выдохнула и… Я ожидал, честно, ждал, что она снова сделает шаг назад. И был готов к этому. Потому что она воспитана местными обычаями, ей не понять нашу природу. Не понять, как меня с момента принятия нашей истинности разрывает от желания находиться рядом с ней, видеть ее, помогать, защищать.

Поэтому я готов был бороться и дальше, еще много лет, просто за право касаться ее. Но Микэль поразила меня. Потому что она… осталась. Не сбежала и не оттолкнула. Она осталась сидеть на мне с какой-то ранимой решимостью. Возблагодарил небеса за этот подарок, за это выигранное сражение.

— Вы не представляете, Микэль, — признался. — Как мне сложно сдерживать себя, ухаживать за вами по меркам ваших местных устоев и традиций. Всего день, а я уже хочу выть, не видя вас. Дарить цветы, говорить комплименты, держать дистанцию… всё это противоречит инстинкту во мне.

— И что вам хочется делать вместо этого? — в ее голосе прозвучало любопытство.

— Вам правда хочется знать? — я приподнял бровь с усмешкой.

— Правда, — она кивнула, скользя по моему лицу взглядом.

— Хочется прижать вас к себе и не отпускать, — начал перечислять, сжав зубы. — Хочется показать всему миру, что вы — моя. Хочется разорвать на части любого, кто посмеет смотреть на вас с вожделением. Хочется провести с вами обряд единения прямо сейчас, сегодня, немедленно, чтобы навсегда связать наши жизни. Хочется…

Я замолчал, понимая, что увлёкся, выдал слишком много для леди. Но Микэль не выглядела испуганной. Наоборот, в её глазах появился странный блеск.

— Обряд единения? — быстро переспросила она. — Что это?

— Ритуал, связывающий истинную пару навечно, — объяснил, понимая, что отступать поздно. Молил всех предков, чтобы она сейчас с ужасом не убежала. Ведь вечность для обычного человека — это очень долго. У нас нет разводов и нет измен, нет любовников, которых так любят здесь светские дамы. У нас есть только эта безусловная любовь до последнего вздоха. Достаточно ли этого для Микэль? — После него вы разделяете со мной годы жизни. Становитесь частью меня, как и я становлюсь частью вас.

— Звучит… серьёзно, — она сглотнула. но не убежала. Это хороший знак?

— Самое серьёзное, что может быть между драконорожденным и его парой, — подтвердил. — Но я не прошу вас об этом сейчас. Понимаю, что рано. Просто… просто хочу, чтобы вы знали, насколько всё серьёзно для меня.

Микэль обдумывала услышанное. Ее пальчики автоматически пробежались по моим плечам, слегка задевая голую кожу шеи. Едва не застонал от такого простого действия.

— Вы говорили о своих инстинктах, — произнесла она наконец, явно тщательно взвешивая слова. — О том, что вам сложно сдерживаться, следуя… человеческим традициям.

— Да, — настороженно подтвердил, не понимая, к чему она клонит.

— Знаете что? — Микэль вдруг с вызовом и грустью посмотрела на меня. — Я ненавижу местные правила. Поэтому если вы действительно хотите ухаживать за мной, то уж лучше делайте это по-вашему. По обычаям драконорожденных, а не людей. Я не люблю притворства, хочу знать вас настоящего. И если вы дикарь, то… Мне лучше быть в руках варвара, который честен в своих желаниях, чем у пижона, который прячется за…