Книга Оковы Гарпии, страница 82 – Катерина Траум

— Убери, пока нас не тормознул констебль, — нахмурился Анджей, скосив взгляд на голые коленки, нарочно мелькающие перед ним.

— Или я просто тебя отвлекаю от дороги? — с той же довольной улыбкой протянула Габи, мотнув ступнями в красных туфлях из стороны в сторону.

Она вся превратилась в радар, который с каждым остающимся позади футом считывал волны вещания от мужчины справа от нее. Малейшее изменение мимики, короткую вспышку в глубине глаз. То, как он сглотнул, и дернулся его выступающий кадык.

Во рту пересохло от мысли поцеловать его именно там, чтобы ощутить, как быстро забьется под губами пульс.

— И это тоже, — буркнул Анджей, но тут же добавил: — Ты слишком ярко одета сегодня.

— Слишком ярко? Или чересчур соблазнительно? О, так согласовывать с тобой одежду и одеваться как монашка — тоже условия твоего глупого шантажа? — ухватилась Габи за его слова будто кошка за мышь. Эта игра заводила ее все больше, как и открытое раздражение добермана:

— Ярко — значит, что мешаешь видеть дорожные знаки, и ничего больше! — заявил он отрывисто, словно отдавал рапорт командиру. — Убери ноги, пока мы не разбились. На них пялится вся улица.

Габи рассмеялась: так вот, в чем проблема. Ему не нравилось, что через стекла на нее смотрели и другие водители на дороге, особенно когда машина сбавила ход, заворачивая на парковку перед стадионом.

— Неужели ревнуешь? — фыркнула Габи, но ноги все-таки неспешно опустила и расправила юбку. — Да ладно, Анджей, можешь не играть в святошу. Уж точно не после вчерашнего. Держу пари, если бы не страх перед Гарпией, ты бы не ограничился коротким задиранием подола. Признай: тебе хотелось большего.

Однако зря она рассчитывала, что эта крепость падет так быстро и сдаст все позиции: Анджей и бровью не повел, медленно катясь по асфальту в поисках свободного места, и на пассажирку даже не взглянул, когда сухо пробормотал:

— Тебе показалось, Бэмби. Не выдумывай того, чего нет и быть не может.

Габи стиснула зубы от злости: грязная ложь. Как он смеет все еще отрицать очевидное: что изнывала от желания не только она. Выставляет ее кем, дешевой подстилкой, безумной нимфоманкой? Или... или хуже того, дурой, увлеченной им абсолютно не взаимно?

Мини-купер остановился между двух других машин под сенью раскидистого вяза, удачно заняв место в тени. Габи искоса глянула на водителя: вид у него был донельзя довольный собой. И последние границы сгорели от его еле заметной кривой ухмылки. Глубоко вдохнув для храбрости, Габриэлла подалась вперед и смело перекинула ногу через водительское кресло, оседлав обомлевшего Анджея и мягко положив ладони ему на плечи.

— Какого черта? — только и охнул он в легкой панике, непроизвольно откинувшись на сиденье, но бежать ему было решительно некуда. — Слезь!

— Нет, доберман, — сладко промурлыкала Габи, незаметно подбираясь пальцами к вороту его рубашки. — Ни за что, пока ты не скажешь мне то, что я хочу услышать.

Она медленно опустилась ягодицами на его колени, и стальные глаза Анджея потемнели, будто глубины зимнего озера, на котором вскрыли корку льда. Габи облизнула подчеркнутые красной помадой губы кончиком языка, совсем забыв дышать от того, как предельно натянулось мускулистое тело перед ней. Она чувствовала на неуловимой вибрации, что все делает верно, ведомая чистым женским инстинктом. Потянула узел галстука, едва заметно поерзала. Анджей резко обхватил ее талию и глухо прошипел: