Книга Но я не княжна!, страница 47 – Ксения Васёва

— Ничего, моё сердце всё равно с крендельком сахарным, так и знайте! Он добрый, милый, а вы... вы... медведи-шатуны!

Они одновременно запнулись и... заржали аки кони! Я только с одного на другого взгляд переводила. Благо, мы шли к пожарной каланче, и потеряться было без шансов.

— Что правда, то правда! — отсмеявшись, икнул Руд.

— Да-а, не поспоришь! — Микуша похлопал его по плечу. — Надо сказать князю, чтобы ни в коем случае не давал дочери пистоль и арбалет.

— Почему?!

— Меткая ты больно!

Дело ясное, что дело тёмное. Немного пройдя спиной, я оценила молодцев и выдала:

— А вы чем-то похожи! — угу, длинноволосый блондин Микуша с бородой и чёрными очами и гладко выбритый, смольный брюнет Руд, у которого были серо-голубые глаза. Но, несмотря на очевидную разницу, в лицах, в движениях, что-то цепляло. Я замерла, изучая мужчин с большим вниманием, но Руд в нагловатой манере развернул меня к ближайшему подворью.

— Мы пришли, Мариан. Зови своего Добрушку, будем разбираться!

На подворье было безлюдно, но в загоне я насчитала не менее семи лошадей. Получается, язычники — не такая уж диковинка для Ладани, просто с посольством их стало больше. Отец со свитой, Авдей с десятком воинов... В убийстве Павла сходу обвинили чужаков, но на Ясмину, Ису и язычников с постоялого двора никто не покушался!

Интересный нюанс.

Мимо нас, стуча каблучками, пронеслась женщина в натянутом на лоб капюшоне. Я настолько ушла в свои думы, что даже не заметила её появления. Казалось, незнакомка упала с неба, вместе с опавшими листьями и ледяным дождём. Секунда — и она исчезла за повортом. Я едва удержалась от желания заглянуть за угол, проверить, не душа ли проскочила рядом.

— Странная девица, — разрушил эту иллюзию Микушка, — лицо у неё белое-белое, под густым слоем белил, а губы и щёки алые. Как у мёртвой царевны из сказки.

— Так может, она и есть царевна или княжна? Не зря же лицо скрывает!..

— Не уверен, — эхом отозвался молодец и махнул вышедшему из дома мужику с метлой.

— Эй, друже, подскажи, у вас княжич Ольховский обитает?

— У нас, — с чудовищным акцентом просипел мужик, — комнатка у него за пятой дверью, у окна. Он девицу ждёт!

— А мы за компанию, — разухмылялся Руд, но я выставила вперёд руки:

— Девица идёт одна!

— Неа!

— Да! Хватит, Руд! Ты мне не жених и не муж, чтобы следить! Микуш, тебя это тоже касается!

Молодец упрямо помотал головой.

— Я с тобой пойду, княжна. Не ругайся! Ты девица неглупая, рассудительная, но пирожочки — они разные бывают. Мало ли, вдруг в тесте начинка забродила, края заветрились, берега попутали?.. Лучше перебдеть!

Ох уж этот хлебобулочный сленг...

Руд неохотно остался во дворе, а Микуша поднялся со мной. Я взяла с него честное-пречестное обещание подождать в коридоре. Не реагируя на обиженное сопение, я постучала в искомую дверь и... Она со скрипом отворилась. Внутри было темно и тихо.

— Доброжир! — крикнула я, постучав по двери. — Ты здесь? Это Мариан! Я пришла...

Из комнаты раздался приглушённый вопль... а в следующий миг я больно ударилась о стену и сползла на пол. Сильно запахло дымом и тлеющим деревом. Стало невыносимо жарко, словно горящая ветка пролетела совсем рядом!

Стоп! Я широко распахнула глаза! В нас действительно ударили огнём! Если бы не Микушка, оттолкнувший меня в сторону, то... Я сглотнула. Пламя почти ничего не задело, лишь обуглило дверь и пару досок, но мне было бы достаточно.