Книга Не Ваша Русалочка, страница 83 – Тина Солнечная

Я опустила руку ниже, ощущая в ладони силу его желания и направила в себя, скользнула на него, медленно, уверенно, не отводя взгляда. Я прижалась к нему крепче, ощущая, как он заполняет меня собой. Он затаил дыхание, а я выгнулась, проводя руками по его груди, будто впитывала каждый изгиб.

Его пальцы скользнули по мое спине, прошлись по пояснице и остановились. Он больше не был просто зрителем. Движения его бёдер стали настойчивей, глубже. Его ладони притянули меня ближе, и я не возражала — наоборот, поддалась, растворяясь в нём.

Руки сомкнулись на моих бёдрах с новой силой — нетерпеливой, настойчивой. Он двинулся сам — резче, глубже, и я ахнула, вцепившись в его плечи.

— Прости, — прошептал он, прижимаясь к моей щеке. — Я пытался сдержаться. Но ты… ты сводишь меня с ума.

Наши губы снова нашли друг друга — голодные, захваченные страстью, будто бы это поцелуй мог удержать нас от полного растворения. Я целовала его, вжимаясь сильнее, отвечая на каждое движение. Его ладони скользнули по спине, скользнули к талии, будто хотели впитать меня всю — до последней капли.

Он двигался во мне — мощно, красиво, с внутренним ритмом, от которого дрожало всё тело. Я чувствовала каждую волну, каждый глубокий толчок, как восторг, удовольствие, огонь, разливающийся по венам.

— Мелания, — прошептал он между поцелуями, — ты невероятная.

Я только задыхалась, теряясь в его дыхании, в ощущениях, в воде, ставшей частью нас. Мир исчез — остались только мы, только эти ощущения, только этот момент, который невозможно было ни придумать, ни повторить.

Он гладил мои волосы, целовал в шею, в висок, снова в губы, и каждый поцелуй был признанием. Нежность в нём не гасла, даже когда жадность вспыхивала с новой силой. Мы слились, как две стихии, сталкивающиеся в яростном, прекрасном танце. И в этом танце не было победителя.

Мы достигли вершины вместе — слитые, захваченные, потерянные в пульсе друг друга. Он поймал мои губы в мягкий, долгий поцелуй, а после осторожно поднял меня на руки, словно я была самой драгоценной вещью в мире, и вынес из воды. Капли скользили по нашей коже, смешиваясь с дыханием. Он опустился в высокую мягкую траву и уложил меня на себя, прижав к себе всем телом.

— Полежи так со мной, Мелания, — прошептал он, обнимая. — Побудь ещё немного моей.

Я кивнула, не находя слов, вытянулась вдоль его тела, укладываясь щекой на его груди. Слушала, как бьётся его сердце — ровно, уверенно.

Я позволила себе забыть обо всём. О том, кем он был. О том, кем была я. О магии, академии, долге и последствиях. Сейчас я просто любила его — здесь, в этом тихом уголке мира, среди запаха леса, звуков воды и тепла его ладоней.

Он целовал меня — в волосы, в висок, в лоб. Его губы скользили по моей коже, будто старались выучить наизусть каждую черту. И я позволяла ему. Потому что тоже запоминала. Этот миг. Его дыхание. Его нежность.

Мы оделись молча — будто боялись разрушить хрупкое волшебство этого утра словами. Он подал мне руку, и мы немного прогулялись по окрестностям — по тропинке вдоль озера, среди деревьев, под пением птиц. Себастьян всё время держал меня за руку, иногда украдкой целовал в висок, а я — впервые за долгое время — просто улыбалась.

Когда солнце поднялось выше, желудки напомнили о себе. Он виновато усмехнулся: