Книга Врачебная тайна, страница 103 – Дия Семина

Чаепитие продлилось не так долго, как планировалось, отведав прекрасный яблочный бисквит, дамы решили откланяться одна за другой, и наконец, мы остались вдвоём с Ксенией Васильевной.

— Они меня боятся?

Он несколько раз моргнула и уставилась на меня, видимо, не ожидала бестактного вопроса в лоб. Но её подруги не особо стеснялись, задавая вопросы мне.

— Боятся? Нет, думаю, что здесь нечто иное, не поймите неправильно, вы запросто общаетесь с таким человеком.

— Он нестрашный, смею на это надеяться. Однако вчера я случайно встретила свою сокурсницу, и она была в восторге от того, что ей показалось…

— И что же ей показалось?

— Что граф Аракчеев мой покровитель, — сказала и поняла, насколько нелепо прозвучало сие предположение. — Простите, я чего-то не знаю? Может быть, вы просветите меня…

Она поджала губы и отрицательно качнула головой, так сильно, что серьги в её ушах закачались, как при землетрясении.

— Вам лучше узнать у вашего покровителя. Сожалею, но подруги правы, что опасаются вас. Я же всегда поступаю опрометчиво и восторженно отношусь к жизни. Это наивность счастливых людей. Дам вам совет, хотя нет, прошу простить, не смею давать советов в вашей ситуации.

— Мой отец когда-то устроил гонения? Он преступил закон, а я об этом не знаю?

— Так потрудитесь узнать. Родословная — это основа основ нашего общества, и потеря памяти вас, дорогая Анастасия Сергеевна, нисколько не извиняет.

Она мне умудрилась дать словесную пощёчину, отомстила за неудачное знакомство с подругами и, возможно, натянутые отношения в их мирном, устоявшемся гадюшнике.

На этом «дружеская» вечеринка с женским домино завершилась.

Выходя из дома баронов, припомнила, как люди стороной обходили здание Тайной канцелярии, вот ровно так и меня сейчас обходят все «знакомые». Мне уже жаль Андрея, его надежды так высоко воспрянули, и теперь так низко упадут. Но в этот момент опять вспомнила Майю с надеждой, что у молодых память чуть короче, и они не будут нас чураться, как вдруг начали чураться взрослые дамы.

Кажется, завтра у нас с Аракчеевым появится новая тема для непростого разговора…

Выйдя из «гостеприимного» дома Ксении Васильевны, ощутила себя не просто изгоем, а прокажённой. Человеком, о котором избегают не только разговаривать, но и вспоминать. Что-то их напугало, или, возможно, не напугало, а всколыхнуло очень неприятные воспоминания, о которых предпочитают забывать навсегда. Возможно, это мои домыслы, однако, меня, по сути, выставили и больше не пригласят. Этот дом первый, за ним последуют и остальные.

Неприятно.

Особенно странным показалось, что даже один на один баронесса не соизволила сказать таинственную правду. Они явно знали маму настоящей Насти и предпочли промолчать о давно минувших событиях. Нет, не «вынужденная дружба» с графом Аракчеевым их напугала, а моё незавидное прошлое.

И у кого спросить так, чтобы не навлечь на себя ещё больше неприятностей, понятия не имею.

Домой ехать вообще не хочется. Пройтись по улице было бы неплохо, но скоро стемнеет, и я осталась без присмотра Гриши, если леди Хайд решит вляпаться в очередную авантюру, то её вообще ничего не остановит. А она готова, чувствую, как её гнев на тётушек бурлит, пока не формируется в какую-то чёткую претензию, но если возникнет малейший повод, то горе всем подвернувшимся под руку.