Книга Охота на сокола. Генрих VIII и Анна Болейн: брак, который перевернул устои, потряс Европу и изменил Англию, страница 89 – Джон Гай, Джулия Фокс

Анна осталась равнодушной к подарку короля. Она избрала довольно опасную тактику, полагая, что, если отвечать молчанием на его письма и страстные мольбы, это позволит ей добиться своего. И она не ошиблась. Вскоре он действительно снова начинает умолять ее «ответить на его последнее письмо» и «прислать добрые вести о себе». Пожелав стать ее «верным слугой», он просит подсказать, что он может сделать для ее благополучия. Наконец, он идет на более дерзкий шаг. «Чтобы Вы чаще вспоминали обо мне,– пишет он,– я посылаю Вам с гонцом оленя, убитого мной накануне вечером, в надежде на то, что, вкушая его мясо, Вы вспомните об охотнике»⁸.

Известно, что Анна имела изысканный вкус в еде, который она приобрела во Франции, где ей довелось отведать разнообразных мясных деликатесов, но современникам было понятно, что этот подарок Генриха говорил о том, что он ведет любовную охоту и преследует совсем другую добычу⁹.

Письмо короля было написано, как отмечает он сам, «рукой Вашего слуги, который часто сожалеет о том, что рядом с ним сейчас не Вы, а Ваш брат»¹⁰. Другими словами, Джордж Болейн входил в ближний круг тех, кто сопровождал короля в этой охотничьей поездке, из чего можно предположить, что Болейны действовали в трех направлениях. Анна с матерью находилась в Кенте, старший Болейн курсировал между Кентом и Лондоном, где узнавал последние новости, а брат Анны докладывал о настроениях Генриха. Возможно, по этой причине ответы Анны на письма страдающего от любви короля были столь продуманными. Ее семья уже доказала, что умеет вести дела и выступать единым фронтом в вопросах политики.

Упоминание Джорджа важно и по другой причине. Зимой 1525/26 года Уолси издал ряд распоряжений о реформировании королевского двора, так называемые Элтемские ордонансы, с целью сократить штат и ограничить влияние ближайшего окружения Генриха¹¹. Он устранил Уильяма Комптона и назначил его помощником придворного казначея. Сэр Уильям Кингстон, уже занимавший пост констебля Тауэра, получил повышение и стал капитаном Королевской гвардии. Генри Норрис сменил Комптона в должности камергера стула и хранителя личного кошелька, а Брайан и Кэрью снова были отстранены. А вот попытка Уолси удалить «молодого Болейна» (речь, разумеется, о Джордже) не удалась. Поначалу в качестве компенсации он стал получать «20 фунтов ежегодно сверх 80 фунтов жалованья, которое было прежде положено ему и его жене, а кроме этого он был назначен одним из виночерпиев, дабы прислуживать за столом, когда король обедал вне дома»¹². Однако, как следует из письма Генриха, Джордж быстро вернулся в число приближенных – и это первое предвестие того, что кардинал постепенно начинал утрачивать свое влияние.

Впрочем, далеко не все и не всегда шло в соответствии с планами Болейнов. В двух следующих письмах, написанных по-французски, просьбы Генриха становятся более настойчивыми. Он хочет знать, как она относится к нему, ибо ему причиняет «невыносимое страдание» неясность относительно того, как расценивать ее ответы – «в его пользу» или нет,– поскольку ему кажется, что она склонна менять свое мнение от письма к письму. Как человек, который «вот уже год, как сражен стрелой любви», он хочет ясности. Если ее любовь больше, чем «обыкновенная симпатия», и она готова отдаться ему «телом и душой», как «должно послушной возлюбленной и подруге», тогда она будет «его единственной госпожой» и он будет любить только ее¹³.