Книга Охота на сокола. Генрих VIII и Анна Болейн: брак, который перевернул устои, потряс Европу и изменил Англию, страница 188 – Джон Гай, Джулия Фокс

Вероятнее всего, роль Анны в этом проекте ограничивалась покровительством и финансовой поддержкой. Учитывая религиозные воззрения ее супруга на тот момент, даже это было рискованно. Лишь в 1537 году Кромвелю удалось добиться от Генриха официального разрешения на издание Библии на английском языке. В 1535 году в приоритете для Генриха было издание переработанного варианта Вульгаты, для которого он написал предисловие и выбрал шрифт, более удобный для его слабеющего с возрастом зрения⁵³. Желая задобрить Генриха, Анна (а возможно, и Кромвель) заказала Гольбейну для издания Николсона роскошное оформление титульного листа с изображением короля в роли главы церкви, который, восседая на троне, раздает епископам экземпляры Библии⁵⁴.

Благоразумие подсказывало Анне, что ей следует с большой осторожностью выбирать тех, кому она собиралась помогать. Поэтому, когда в начале 1536 года к ней обратился бывший ученый-богослов из Кембриджа Тристрам Ревелл, нуждавшийся в средствах для продолжения своей работы, она ему отказала. Ревелл пытался заинтересовать ее переводом на английский язык книги «Христианские наставления» (Somme Chrestienne) Франсуа Ламбера, которая представляла собой остроумное переложение идей лютеранских богословов и была напечатана в 1529 году для продажи во Франции, однако Анна ответила ему, что «это сочинение ее не интересует». Не помогло даже хвалебное предисловие, в котором автор сравнивал ее с Иоанном Крестителем и выражал радость по поводу того, что «произошло приобщение Вашего Величества к Евангелию»⁵⁵.

По примеру королевы Клод и сторонников Лефевра Анна живо интересовалась реформой монастырей. Она никогда не подвергала сомнению принципы религиозной жизни в целом и не умаляла их значения, однако потребовала у Кромвеля проинспектировать некоторые религиозные учреждения, которые, по ее мнению, нуждались в ее рекомендациях, как, например, цистерцианское аббатство Вейл-Роял в Чешире и Тетфордский монастырь августинского ордена в Норфолке⁵⁶. Уильям Латимер с некоторым преувеличением описывает ее посещение Сайонского женского монастыря ордена Святой Бригитты во время пасхального визита в Ричмонд в 1535 году. Когда аббатиса отказалась впустить ее, ссылаясь на то, что замужние женщины не допускаются в стены монастыря, Анна проявила настойчивость и с помощью «приветливых ласковых слов» добилась своего. Внутри она увидела монахинь в белых одеждах, «распростертых ниц». Усмотрев в этой картине «лицемерную святость», Анна упрекнула монахинь в том, что они «невежественны в молитве» и пользуются молитвенниками на латыни, а не на английском языке⁵⁷.

Среди первоочередных задач Анна уделяла особое внимание вопросам социальной ответственности. Она хотела направить ресурсы малоэффективных религиозных учреждений в нужное русло, чтобы они приносили реальную пользу обществу. Назвать такую политику новаторской нельзя, особенно если учесть, что в свое время Уолси руководствовался аналогичными соображениями, создавая колледжи в Оксфорде и Ипсвиче. В этом смысле новые образовательные возможности и организация помощи бедным являлись лучшим отражением исконного предназначения такого рода учреждений. Мэттью Паркер стоял в авангарде замыслов Анны. Приняв его на службу, она назначила его деканом Сток-колледжа в местечке Сток-бай-Клэр в Саффолке. Это было небольшое, но процветающее учреждение, находившееся под ее патронажем, где он, став деканом, основал грамматическую школу^[105] и хоровое училище с социальными и академическими стипендиями для обучения в Кембридже. В обновленном уставе колледжа Паркер отменил обязательное исполнение мессы богословами, утвердив взамен этого практику чтения вслух Библии чтецом или проповедником. Вместо молитв об усопших, как это было принято в прошлом, колледж с одобрения Анны предлагал местным беднякам бесплатное образование⁵⁸.