Книга Пепел Элларии, страница 103 – Джулия Фокс

Я больше не колебалась. Месяцы, проведённые в тени Каина, не прошли даром: я научилась двигаться быстрее, бить точнее, не тратя времени на жалость к тем, кто уже мёртв внутри. Следующая тварь возникла слева. Я уклонилась от загребущих рук и коротким выпадом снизу вверх рассекла врагу грудь. Он упал, но тут же начал судорожно подниматься, игнорируя рану.

— Лео!

— Я здесь! — голос мальчика дрожал, но он чётко следовал за мной, сжимая в кулаке свой нож, который смог выткать из Пустоты.

Ещё двое прорвались между амбарами. Я приготовилась к атаке: выпад, удар по колену, заставивший первого рухнуть, резкий взмах — и сталь полоснула другого по плечу. Но именно в этот миг я заметила нечто, от чего мой пульс на секунду замер, а затем забился в самом горле.

Они вели себя неправильно.

Каин всегда говорил, что Одержимые — это стихия, лишённая разума. Голодное безумие, которое бросается на любое тепло, на всё живое, пытаясь разорвать ближайшую цель. Но сейчас один из монстров просто пробежал мимо кузнеца, застывшего с молотом в руках. Одержимый даже не повернул головы в его сторону.

Он бежал прямо ко мне. Я ударила его в грудь, но даже оседая на землю, он продолжал тянуть скрюченные, почерневшие руки ко мне, словно пытался не убить, а ухватиться за подол моего платья. Я отступила на шаг, чувствуя, как парализующий холод закрадывается под кожу.

Справа появился ещё один. И он тоже проигнорировал бегущую рядом женщину, в ужасе прижимающую к себе ребёнка. Его пустые глаза были прикованы только ко мне. В голове пронеслась мимолётная мысль: раньше я видела Одержимых только в окружении Жнецов.

— Что за... — сорвалось с моих губ.

Я резко развернулась, отбивая выпад третьего. Они обходили жителей деревни, словно те были бесплотными призраками. «Они тянутся к жизни» — так говорили. Но сейчас я видела иное. Я вогнала сталь в заражённого, ранила его в плечо, распоров мышцы до кости. Ледяные, пахнущие тленом пальцы были в считанных сантиметрах от моей кожи, и в этом безмолвном стремлении было больше угрозы, чем в самом яростном рыке.

Я отпрянула, ударяя снова. Он упал, но за ним уже шеренгой двигались другие. Их было слишком много. Тяжёлый вопрос завис в воздухе: им нужна я?

И когда я уже начала думать, что нас с Лео сейчас просто задавят массой тел, над залитой кровью улицей вдруг пронесся знакомый, режущий кости холод.

Пустота.

Она появилась раньше, чем я увидела его. Воздух вокруг внезапно стал плотным, холодным, словно сама реальность начала сворачиваться вовнутрь, поглощая звуки и свет. Одержимый, чьи скрюченные пальцы уже почти впились в моё плечо, внезапно замер, парализованный невидимым давлением. В следующую секунду его тело, от плеча до бедра, ровно и страшно разрезало чёрное лезвие, сотканное из самой ночи.

Каин.

Он возник между горящими домами так стремительно, что существа даже не успели переключить своё внимание. Клинок Пустоты в его руке двигался с выверенной точностью. Каждый взмах оставлял в пространстве тонкую чёрную полосу, и там, где проходила эта линия, плоть Одержимых разверзалась с тошнотворным звуком.

Я судорожно выдохнула, прижав к себе дрожащего Лео.

— Каин!

Он не ответил. Он не тратил дыхание на слова, полностью растворившись в гуще боя. Я видела его ломаные, сверхчеловечески быстрые движения. Пустота текла по его доспехам и оружию, как живая, голодная тень, и каждый его выпад разрывал саму суть искажённых созданий.