Книга Тень Элларии, страница 112 – Джулия Фокс

— Конечно буду, — улыбнулась я так искренне, как только могла.

Он подошёл ближе, поставил руки на постель по обе стороны от меня, навис сверху, закрывая собой утренний свет, и кратко поцеловал в губы.

— Дождись меня, — сказал он тише.

— Обязательно…

Днём я вышла в город одна.

Это было странное, непривычное ощущение… Идти без сопровождения. Здесь никто не знал, кто я такая. Никому не было дела до того, как я держу спину, достаточно ли вежливо киваю, соответствую ли ожиданиям. Я просто шла по улице, смешиваясь с людьми, слушая обрывки разговоров, шум лавок, скрип телег и далёкий крик чаек со стороны порта.

Но покоя это не приносило.

Мысли снова и снова возвращались к Ноа. К тому, как легко я отпустила его утром. Как сказала себе, что не имею права ограничивать, что он взрослый, сильный, знает, что делает. Это звучало разумно. Даже как-то благородно. Но чем дольше я шла, тем отчётливее понимала: за этой «разумностью» я спрятала страх задать лишние вопросы.

Я не спросила, с кем именно он собирается иметь дело. Не спросила, насколько это опасно. Не спросила, что он чувствует на самом деле, когда уходит вот так, будто это обычная прогулка, а не охота на нечто, способное его убить. И не спросила, какие у него цели. Я позволила себе поверить в его уверенность, потому что так проще. Потому что если начать спрашивать — придётся слушать ответы. А ответы могут оказаться такими, с которыми уже нельзя будет просто жить дальше.

Меня поразило другое.

Я чувствовала его. Словно знала каждый его шаг, каждый поворот и каждую паузу. Он был чем-то родным, настолько близким, что не требовалось слов. И в этом была ложь. Потому что на деле я знала о нём пугающе мало. Его сила, его метки, его прошлое, его цель — всё это существовало где-то рядом со мной, но не во мне. Я любила образ, присутствие. Но понимала ли я человека?

Нет.

И от этого поднималось вязкое, настойчивое беспокойство. Мне нужно было знать больше. Не из праздного любопытства и не из желания контролировать. А потому что если я действительно хочу быть рядом, то я должна понимать, с чем он живёт. Чем дышит. Что толкает его вперёд. Может быть, ему нужна не месть? Может быть, ему вообще не нужна эта бесконечная война с прошлым? Может быть, ему никто никогда не предложил другого пути?

Я остановилась у витрины с простыми украшениями: стекло, металл — ничего общего с дворцовым блеском. И поймала своё отражение. Я выглядела… иначе. Ни как аристократка с горделиво задранным подбородком, а как обеспокоенная, простая женщина. Женщина, у которой есть страх потерять.

И тогда меня накрыло осознание, от которого стало по-настоящему не по себе.

Как бы сильно я ни говорила себе, что у него есть выбор, что я не имею права вмешиваться... Этот выбор опасен. Он может стоить ему жизни. А я… я не готова к этому. Не готова отпустить и ждать, гадая, вернётся ли он вообще.

Я не хотела быть для него цепью. Но и быть молчаливым зрителем тоже не могла.

Если он собирается идти по краю, я должна идти рядом. Не для того, чтобы удерживать, а чтобы видеть. Понимать. Возможно, вовремя остановить. Или хотя бы предложить ему что-то, кроме разрушения. Жизнь. Дом. Будущее, в котором не нужно каждый раз рисковать всем.

К вечеру я вернулась в гостиницу вымотанной так, будто прошла не несколько улиц, а целую жизнь. Все мысли крутились вокруг одного и того же, замыкались в кольцо, не давая ни облегчения, ни ответов. Любой шорох отзывался тупым уколом в груди — и приносил лишь разочарование.