Книга Хозяйка питомника фамильяров, или Любой каприз за ваши деньги, страница 45 – Ксения Никонова, Наталья Фирст

Он быстро отмерил нужное количество, принялся работать в мисочке ложкой, нарочно повернувшись так, чтобы я могла вдоволь полюбоваться бицепсами, трицепсами и иже с ними.

Ну, я и полюбовалась. А чего бы и нет, если красиво?

— А теперь жарим.

В раскаленную с маслом сковороду один за другим опустились обвалянные в муке отбивные.

— По три минуты с каждой стороны. Тут, главное, не пересушить.

По кухни поплыл совершенно нереальный запах. Я с трудом подобрала слюни и прижала ладонью бурчащий живот. Потом сообразила, что к мясу таки что-то нужно и принялась за овощной салат. Самый простой. На скорую руку.

Джастин тем временем промыл горсточку изюма, перевернул отбивные, бросил на доску немного ядер грецких орехов и меленько порубал их ножом.

— Теперь самое главное, Лисетт, — прошептал загадочно, — готов поклясться, что вы такого не ели.

— Какого? — Любопытство мое достигло запредельных размеров.

Меня поманили пальцем, почти пропели:

— Идите сюда.

Нахальная лапища воспользовалась моей растерянностью, подхватила за локоть, поставила между мужским торсом и плитой. Потом придвинула поближе, так чтобы прижать хозяину вплотную.

В маковку горячо выдохнули, заставив поежиться.

— Смотрите, Лисетт.

Джастин шустро перевернул отбивные второй раз, старательно посыпал смесью из орехов с изюмом, сверху положил по маленькому кусочку сливочного масла. Прошептал, практически касаясь губами моего уха:

— А теперь накроем крышкой и подождем пять минут.

Вечер пролетел незаметно, хоть мне и мечталось, чтобы он никогда не кончался.

Джастин на прощанье расцеловал мои руки и растаял темноте запущенного парка. Я закрыла дверь и прислонилась спиной к деревянной створке. Шумно выдохнула, прикрыла глаза.

Ну, почему в этом мире, в этой эпохе все так сложно? Были бы мы в другом месте и в другое время, я бы просто сказала этому мужчине: «Оставайся!»

Просто сказала, и он бы меня понял. Понял и не осудил. А здесь...

Здесь так было нельзя. Все внутри меня кричало от возмущения. Здесь мое желание было верхом неприличия. Исполнение его до конца дней поставило бы крест на моей репутации.

Я об этом знала. Знал об этом и Джастин. Никто из нас не был готов так рисковать.

— Вздыхаешь?

Дейс завис в сумраке холла со своей обычной чеширской улыбкой.

Я молча кивнула.

— Не вздыхай, никуда он от тебя не денется.

— Ты думаешь?

— Знаю. — Кот добавил к улыбке глаза, вибрисы и уши. — Деточка, я так давно живу, что без труда умею распознать любовь.

— Думаешь, Джастин меня любит? — Я наморщила лоб, стараясь осознать сказанное.

Дейс сделал милость, возник целиком, лениво взмахнул алыми крыльями.

— Думаю, ты ему небезразлична. И до настоящей любви осталась самая малость.

Улыбка тронула мои губы. Довольная, радостная. Говорить я ничего не стала. Счастье любит тишину. И мне было боязно его спугнуть неловким словом.

* * *

Я спала и видела чудесный сон. На моей собственной кухне Джастин плавно двигался под звуки незнакомой музыки. Покачивал бедрами, расправлял плечи, поднимал вверх свои красивые руки и ерошил ими волосы на затылке.

Мышцы бугрились, поражая совершенством и античной красотой. Я не могла от этого действа оторвать глаз. Не потому, что танец был был богат точными па, а потому, что на танцоре были надеты лишь мой фартук да залихватски сдвинутый на бок поварской колпак.