Книга Хозяйка питомника фамильяров, или Любой каприз за ваши деньги, страница 103 – Ксения Никонова, Наталья Фирст

Я бы с удовольствием полюбовалась им и без одежды, и без фартука, но так говорить в реалиях этого мира точно было нельзя.

— Это мы посмотрим, — смерила я его взглядом, стараясь сохранять серьезность, хотя углы губ предательски подрагивали. Но фартук все же протянула. — Покажите-ка, месье капитан, что вы там задумали на этот раз.

Джастин с торжествующим видом извлек из свертка аккуратно завернутый кусок мяса, яйца, сливки и пакет с чем-то белым и воздушным.

— Сию минуту вы, мадемуазель, станете свидетелем рождения кулинарного шедевра, — возвестил он, завязывая пояс фартука бантом на пояснице. Выглядело это до неприличия соблазнительно. — Мясное суфле «Поцелуй ангела». Кстати, Лисетт, и рецепт, и название моего собственного сочинения.

— «Поцелуй ангела»? — фыркнула я, прислоняясь к кухонному столу. — Сильно. А если у тебя не получится?

— Со мной такого не случается, — ослепительно улыбнулся он, принимаясь мелко рубить мясо острым ножом. Движения его были быстрыми и точными. — Разве что некоторые ангелы бывают слишком назойливы. Но их я быстро отправляю лесом. В моей жизни есть место только одному ангелу.

— И кто эта счастливица? — спросила я замиранием сердца.

— Одна прелестная мадемуазель...

Джастин обернулся, прижал руку к сердцу и прошептал чарующим голосом:

— И она сейчас рядом со мной.

Я неожиданно смутилась. Не то чтобы мне никогда не признавались в чувствах. Нет. Было, и не раз. Но точно ни на чье признание мое бедное сердце не реагировало так.

Джастин понимающе улыбнулся и вновь взялся за мясо.

Я наблюдала, как он работает. Мускулы на его предплечьях играли при каждом движении. Это было завораживающее зрелище. Чтобы не выдать себя, я принялась расставлять посуду, нарочито громко позвякивая тарелками.

— Так, так, — комментировала я его действия. — Мясо... измельчается. Яйца... отделяются. О, какая ловкость! Желтки от белов отделил просто виртуозно. Пять баллов.

— Я польщен вашей высокой оценкой, мадемуазель, — не отрываясь от работы, ответил Джастин. — Но это лишь разминка. Главный фокус — в воздушности. Сейчас вы увидите...

Он принялся взбивать белки, и через несколько минут они превратились в стойкую блестящую пену. Учитывая, что делал он это исключительно ручками, без миксера, я непритворно изумилась:

— Ого, месье капитан, да вы волшебник!

— А вы сомневались, мадемуазель? — Джастин аккуратно соединил фарш со взбитыми белками и сливками. Его пальцы, обычно такие уверенные и сильные, сейчас двигались с удивительной трепетностью и осторожностью. — Главное — нежность и... внимание к деталям.

Он поднял на меня взгляд, и в его глазах заплясали чертики.

— Это относится не только к кулинарии, — добавил он низким, интимным тоном и медленно облизал, вымазанный в сливках палец. А после провел языком по губам.

Черт, да он точно издевается!

Я почувствовала, как по щекам разливается краска, и поспешила отвернуться, делая вид, что меня чрезвычайно заинтересовала полка со специями.

— И много вы этих... «поцелуев ангела» на своем веку приготовили? — спросила я как можно небрежнее.

— Нет, — сказал он неожиданно серьезно, попутно заполняя массой керамические формочки. — Я готовлю его только для особых случаев. И для особых людей.

Он отправил формочки в духовку, выставил на магическом регуляторе температуру и, наконец, повернулся ко мне, облокотившись о стол.