Книга Мама. Жена. Истинная, страница 85 – Майя Эйлер

— Что ты сказал? — она замирает и хмурится, качает головой. — Нет, это неправильно и неприлично, я не могу воспользоваться твоей помощью…

— Звони Соболеву, объясняй, что произошло, — аккуратно подхватываю её под руку и тяну к выходу из парковой зоны.

Она сопротивляется, но неуверенно, понимает, что у неё практически нет выхода. А я не даю ей остановиться и придумать другое решение. Сегодня я собираюсь показывать себя только с лучшей стороны. Да и с семьёй моей пары нужно познакомиться, ведь она — это не только сын, но и взрослая дочь.

— А Лучик — это? — заговариваю Рине зубы, пока веду к машине.

Она убирает телефон, хмурится.

— Данил Кириллович не отвечает… Лучик — это Света, моя старшая дочь.

— Приёмная?

Чёрт, машину придётся чуточку модернизировать, чтобы она стала безопасной для ребёнка. Да, Мирон уже не малыш, но ещё не дорос до того возраста, когда можно ездить рядом с отцом на переднем сиденье. А вот Арине там самое место.

— Да, её мама была женой Владимира Терского. Они развелись, когда он встретил свою истинную, — я усаживаю её, сам пристёгиваю, и она приходит в себя, начинает возмущаться. — Макар!

Захлопываю дверь, обхожу машину, сажусь на своё место и поворачиваю к ней голову:

— Что?

— Что? Что ты творишь!

— Везу тебя к дочери. Ты против?

— Нет, — она качает головой и замыкается в себе.

Я хочу продолжить разговор, но не могу придумать нейтральную тему, которая не станет катализатором эмоций. Нам нужно успокоиться. Мне — прийти в себя, чтобы не замирать, вдыхая её запах, мечтая о том, что я в ближайшее время получить не смогу.

— Почему ты не общаешься с семьёй? — вырывается у меня, когда мы сворачиваем с проспекта и направляемся к закрытому коттеджному посёлку.

— Ты сейчас везёшь меня к семье, другой у меня нет.

— Но сестра, — не могу вспомнить, упоминала ли Лина об Арине хоть раз за эти годы. — Ладно, с сестрой вы не общаетесь. Но мать? Она же должна беспокоиться о тебе?

— Очень смешно. Ты не знаком с моей матерью? — саркастически тянет Рина. — Не заметил её безграничной любви к одной-единственной душе? Она даже отца не любила так, как Лину. А я — всего лишь ступенька к счастью сестры, перешагнули и забыли. Меня из дома выгнали, только чтобы ты не узнал, с кем провёл первую брачную ночь! Так, с кем мне общаться? С сестрой, считающей, что она лучше всех? Или с матерью, которая выставила меня на улицу?

— Я не знал. Прости.

— Было бы странно, если бы знал, — она мгновенно успокаивается. — Я привыкла отвечать за свою жизнь и свои ошибки, так что тебе не за что извиняться.

Наши телефоны звонят одновременно. Я бросаю взгляд на экран, держу лицо и сбрасываю звонок от Лины, а Арина отвечает.

— Да, Мир? Нет, я уже не в школе… К Свете еду, она решила вернуться домой. Нет, пока мы погостим у Влада. Домой? Милый, — её голос становится таким нежным, что я на мгновение теряюсь, хочу, чтобы она со мной говорила также, — я просто заберу Свету, и мы приедем. Дома? — Рина беспомощно смотрит на меня, зажмуривается, — дома ремонт! Да, завтра поедем выбирать обои. И я тебя кое с кем познакомлю. Не знаю, понравится ли тебе, но обещаю, что буду рядом. Сходим. Выбери фильм, а я уговорю Светика.

Арина сворачивает разговор и молчит, но недолго, оборачивается ко мне. Смотрит внимательно.