Книга Олигарх и отчаянная разведенка, страница 100 – Арина Арская

Я не могу сдержаться. Присоединяюсь к её смеху. Смеёмся оба. Долго. Наверное, минут три. У меня даже выступают слезы на глаза.

Наконец замолкаем. В трубке — тишина и лёгкое, прерывистое дыхание.

Я слышу, как она дышит. Наверное, и она вслушивается в мои вдохи и выдохи.

— Я соскучился, — тихо говорю я.

Следует пауза с лёгким, едва уловимым вздохом в трубке.

— Я тоже, Марк.

Двигаюсь бесшумно по коридору. Заглядываю в библиотеку.

В кресле у книжных полок сидит задумчивый Марк. Читает очередную книгу в переплёте из бордовой кожи, пальцы его лежат на страницах широко, уверенно. Свет настольной лампы золотит седину у его висков и поэтично подчеркивает его профиль.

Брови расслаблены, но губы сомкнуты. на коленях у него лежит еще одна книга, но уже в зеленом переплёте.

Рядом с его креслом на ковре лежит Маша. Старательно раскрашивает цветными карандашами раскраску с принцессами. Кончик её языка высунут от усердия. Красный грифель тихо скрипит по бумаге.

Чуть поодаль устроилась Ирочка с куклами и кукольным домиком — огромным, резным, с крошечной мебелью. Она сосредоточенно переодевает куклу-брюнетку в голубое платье с белыми рюшами. Высовывает кончик языка и хмурится, пытаясь застегнуть крошечные пуговки на спине куклы.

По центру гостиной, по-турецки поджав ноги, сидит Дениска. Держит в руках большую цветастую энциклопедию о динозаврах. Листает медленно, вдумчиво. Иногда хмурится, будто спорит с автором мысленно.

Как уютно и душевно.

Я замираю на пороге, прижавшись плечом к косяку, и просто смотрю.

Теперь я точно могу сказать, что Марк и дети теперь — семья. Настоящая. Пусть собранная из осколков, пусть неидеальная, но семья.

Как же пекрасен этот тихий вечер с книгам книги, карандашами, куклами.

Вновь перевожу взгляд на Марка. Тайком любуюсь его строги профилем, могучей линией плеч под тёмно-синей рубашкой.

Решаю, что должна оставить их. Вернусь через час, когда надо будет укладывать детей спать. А сейчас не буду нарушать их уютную, тёплую идиллию.

Делаю шаг назад. Ковёр под ногами глушит звук.

— Наталья.

Голос Марка — негромкий, но чёткий.

Я вся замираю. Неужели заметил меня? приоткрываю дверь.

— Ты куда собралась? — спрашивает он и поднимает глаза.

Откашлявшись, тихо отвечаю:

— Я просто… зашла проведать вас.

Секунда молчания. Дениска шелестит страницами, а Маша скрипит карандашом по бумаге.

— Я бы хотел, чтобы ты зашла к нам, — говорит он, и я слышу в его голосе приглашение.

Сердце начинает стучать быстрее и громче. Неужели Марк хочет, чтобы я стала частью этого уютного вечера?

Нервно одёргиваю подол платья. Делаю несколько бесшумных шагов по тёмно-бордовым и золотым узорам ковра.

Марк отрывает взгляд от меня, указывает рукой на свободное кресло по другую сторону низкого стола. Глубокое, обитое тёмно-зелёным бархатом.

— Садись, — говорит он просто.

Дети отвлекаются от своих занятий. Маша поднимает на меня любопытные глаза. Слюнявит карандаш. Ира кивает мне серьёзно, как взрослая хозяйка. Дениска лишь бросает короткий взгляд и снова углубляется в динозавров.

Я на цыпочках семеню к креслу и опускаюсь в него. Складываю руки на коленях, жду. Смотрю на Марка.

Он берёт с колен книгу в тёмно-зелёном переплёте.

— Я подготовил и для тебя книгу, — говорит он и протягивает её мне.