Книга Бывший муж. Ты забыл, как любил меня, страница 64 – Арина Арская

— Пока-пока! Приезжайте еще! — щебечет она, и ее смех смешивается со смехом детей. — Будем еще прыгать на батуте и есть конфеты.

Их идиллия, их беззаботность режут по живому. Я не могу больше это видеть. Решение созрело, затвердело, как сталь.

Я делаю шаг вниз, сходя на одну ступеньку. Голос звучит громче, чем я планировала, и в нем слышны нотки раздражения, которые я сама от себя не ждала.

— Лора, пора прощаться. Нечего задерживать людей, им уже давно пора домой. Мы тоже сейчас поедем.

Лора замирает с широко открытыми глазами. Она снова смотрит на меня с тем же немым вопросом, что и в библиотеке. «Мама, что происходит?» Я чувствую, как закусываю внутреннюю сторону щеки до вкуса крови. Соленого, металлического.

И тут, словно по моему сигналу, вступает Маша. Она легко подходит к Артуру, берет его за руку и мягко, но настойчиво отводит к машине.

— Да, милый, нам и правда пора. Мы уже засиделись, — говорит она сладким, тихим голосом, бросая на меня быстрый, колючий взгляд из-за плеча. — Папа уже заждался.

Лора и Артур обмениваются взглядами — растерянными, недоуменными, преданными. От этого взгляда у меня в груди щемит так больно, что я едва сдерживаю стон.

Но я сожму зубы и выдержу. Пусть я буду плохой матерью. Пусть буду монстром. Но это необходимо. Пора менять жизнь. Рвать все связи с этим семейством на корню. Ради моего же спокойствия. Ради того, чтобы больше никогда не чувствовать этой душевной боли.

Я выдержу ее слезы. Выдержу ее обиды. Я справлюсь.

Но… я знаю, она не простит мне такой жестокости. Даже через года. Я знаю, на что иду.

Маша усаживает Артура на заднее сиденье, сама садится на пассажирское место и захлопывает дверь. Через открытое окно она машет рукой, и ее улыбка кажется вырезанной из бумаги.

— Всем пока! — ее голос звучит неестественно бодро.

Машина медленно трогается с места. Я стою и смотрю, как она отъезжает, увозя частичку сердца моего ребенка. В горле стоит ком.

И вдруг сзади мягко касаются моей руки. Я вздрагиваю и оборачиваюсь. Это Костя. Его лицо серьезное, взгляд взрослый и понимающий. Он берет меня под руку, его прикосновение неожиданно теплое и твердое.

— Мам, — говорит он тихо, чтобы не слышала Лора, которая все еще смотрит вслед удаляющейся машине. — Можно тебя на минутку?

— Милый, нам тоже пора, — я вытягиваю руку из его захвата.

Во мне нет желания сейчас быть наедине с сыном.

Я устала.

Я принимаю правила игры, в которой я больше не позволяю чувствам взять над собой верх.

— А куда ты торопишься, бабуль?! — возмущенно охает Катюша и тянет Лору за собой. Она не проговаривает букву “р”. — У нас с Лорочкой тоже дела. Она мне обещала сказку.

— Я же тебе уже рассказала сказку…

— Та мне не понравилась.

— Но ты сказала, что понравилась, — возражает Лора.

— Я передумала! — взвизгивает Катя и смотрит на меня с угрозой. — Я буду очень плакать. Всю ночь плакать! Потом все утро! Всю жизнь буду кричать и плакать!

— Катюша, милая, нам правда пора, — голос мой звучит неестественно ровно, будто я скандирую какую-то скучную речь. — Лоре скоро спать, да и тебе тоже пора готовиться ко сну. Тебя надо еще искупать.

Катя замирает на секунду, ее большое, совсем не детское возмущение набухает в наступившей тишине. Она смотрит на меня, и ее синие глаза становятся узкими щелочками.