Книга (не)ваша девочка, страница 91 – Арина Арская

— Но я… — обескураженно шепчу я.

— У тебя есть еще я, — перебивает Рома.

Целую и во вспышке возбуждения решительно седлаю его. До боли закусываю губы, сдерживая стон, и насаживаюсь на Рому до основания его члена. Бесстыдно трусь лобком о его пах.

— О, да… — поглаживает мои бедра, а я затыкаю его рот жадным и глубоким поцелуем.

— Тихо, — шепчу в его приоткрытые губы и медленно приподнимаю бедра, чтобы затем резко вжаться в него. Хочу глубже, быстрее. Хватаю одеяло и закусываю мягкий уголок, чтобы не закричать, когда накатывает первая волна оргазма. Рома выдыхает сквозь зубы. Мои спазмы переплетаются с его пульсирующим экстазом, и он сжимает мою талию пальцами. По его телу прокатывает судорога и перекидывается на меня. Внутренности крутит и режет, но я не издаю ни звука, лишь судорожно и часто дышу.

Обессиленная валюсь на грудь Ромы, и он меня укладывает на спину. Рядом посапывает Тимур и с сонным бурчанием закидывает на меня ногу.

— Спит, что ли? — хрипло удивляется Рома.

— Похоже на то, — вытягиваю изо рта влажный уголок одеяла.

— Перенервничал, — со смешком заключает Рома.

— Вы опять меня подло соблазнили.

— И не раз еще будем так поступать.

Находит в темноте мою ладонь и мягко ее сжимает. Молчим, тяжело дышим и слушаем гипнотизирующее тиканье настенных часов. Когда я ныряю в дремоту, Рома шепчет:

— Анюта…

— Что?

— Официально тебя распишут только с одним из нас.

Я вся напрягаюсь. Неужели Рома вздумал под шумок разрешить такой щекотливый вопрос в свою пользу? Или опять меня поставят перед выбором, который я делать отказываюсь. Готова быть без узаконенных отношений. Поджимаю губы.

— Слушай…

— Я очень внимательно слушаю.

— Распишем тебя и Тимура?

Я несколько минут озадаченно молчу и сипло спрашиваю:

— А ты?

— А я буду любовником в плане всех этих документов и печатей, — обнимает и шепчет на ухо. — Что поделать, если двое не могут жениться на одной? И ты только Тимуру не говори, статус мужа его дисциплинирует.

— А я все слышу, — бурчит Тимур и хмыкает в плечо, — но я согласен. Если кого и терпеть в роли твоего любовника, то только Рому.

— Но а… — у меня в горле пересыхает, — жить…

— Мы переезжаем к Роме. У него подвал и муравьи, — сонно отвечает Тимур. — Мне кажется, муравьи уже устали от его рожи, им важно разнообразие в лицах.

Стопроцентной контрацепции не существует. На третий день в гостях у бабушки Маши меня накрыло тошнотой, а через день гинеколог меня обрадовала, что я в интересном положении. На мои уверения, что я выпила “волшебную таблетку” милая доктор рассмеялась и сказала, что я не первая и не последняя сижу перед ней с глазами по пять копеек.

Рома и Тимур не поверили мне, когда я вышла и бессовестно ворвались в кабинет. Провели там около получаса, выспрашивая гинеколога о подробностях и игнорируя других возмущенных пациенток. После они караулили меня, пока я близко общалась с унитазом. Я все ждала, когда кто-нибудь из них поднимет вопрос: а кто отец, но этого не случилось.

Я родила девочку. За беременность мы довели многих врачей до тихой истерики, потому что боялись. Я ведь выпила чертову “волшебную таблетку”, но пронесло. Чернявая Машенька родилась здоровой, без отклонений и как же я рыдала, когда мне ее положили на грудь.

Когда я забеременела во второй раз, буквально через пару месяцев после рождения Маши, Тимур предложил развестись, а затем официально расписаться с Ромой, чтобы и он по документам был отцом, чтобы избежать лишних процедур с оспариванием отцовства и генетическим тестированием.