Книга Развод. Вспомни, как мы любили, страница 56 – Арина Арская

И я всегда тянулся до уровня ее ожиданий, чтобы моя женщина видела во мне хорошего мужа.

Бизнес и деньги для Маши — вторичны.

Важно, чтобы муж был хорошим. Внимательным, заботливым и уютным, а иначе нет смысла в семье с мужчиной.

Наши отношения начались с того, что я хотел ее впечатлить и что я достоин того, чтобы понести ее портфель. Продолжились в том же векторе. В начале это желание было ярким, понятным, а потом через года ушли в хроническое состояние, в котором росло неудовлетворение и сомнения, что я тот, кто ей нужен.

Не дотягиваю.

Вот.

Вот то чувство, которое точило меня.

Маша — аристократичная женщина, а я внутри — простой мужик, который хочет иногда развалиться на диване перед телевизором растянутых трениках и потупить в телевизор.

И этот простой мужик пытался все это время быть сложным и, наконец, спустя двадцать лет и после развода, ему говорят, что он был хорошим мужем.

Я получил пятерку от королевы.

И это, блин, приятно, потому что я максимум чувствовал себя рядом с ней на троечку.

— Не назову тебя лучшим мужем, — Маша подхватывает со стола чашку чая, — потому что лучшим можно быть по сравнению с кем-то.

— Логично, — хмыкаю я. — А ты уже готова сравнивать?

В голове рисуется картинка: на диване сидит Маша, а рядом с ней копия меня. Может, во мне сейчас заговорило высокомерие, но если и будет с ней кто-то, то только тот, кто втиснется в рамки ее ожиданий.

Сама она не станет ни под кого подстраиваться. В четырнадцать лет этого не делала и сейчас в сорок тем более.

— Чтобы сравнить, надо попробовать, — Маша делает глоток, — а чтобы попробовать…

— Ты должна впечатлиться.

Молчание, она вздыхает и кивает:

— Да.

Откидывается назад и улыбается:

— Я тут по совету твоей мамы пыталась в приложении для знакомств…

— Моей мамы? — вскидываю бровь.

— Не перебивай.

— Прости, — беру со стола кружку с кофе, — продолжай.

— В общем, установила я приложение, — Маша усмехается. — Полистала…

— И?

— Упустим, что я уже для самцов в поиске старовата, — ведет плечом. — Им подавай молодых, красивых, бездетных… Не суть, — цыкает. — Сами они из себя ничего не представляют. Полистала, почитала, что они пишут о себе и удалила приложение. И я ведь уверена, что больше половины этих мужиков в возрасте моего диапазона, женаты. Как и Андрюша, — в глазах пробегает тень.

— Какой Андрюша?

— Андрюша, которого твой друг сегодня кастрирует, — тихо отвечает Маша. — Он женат, и у него двое детей.

— Ясно.

Сжимаю ручку кружки и поскрипываю зубами от острой злобы, которая пробивает затылок, а за ним следует страх.

Я не знаю, что могло бы быть, если бы я не поехал за Машей под вспышкой тревоги.

— Если прорабов надо искать через доверенных лиц, то и будущих мужей тоже, — Маша смеется. У тебя нет свободных знакомых мужчин от сорока лет? Молодых не рассматриваю. Молодость она часто о глупости.

— Что, прости?

Мой мозг рубит вопрос Маши. После “у тебя нет…” я будто отключаюсь.

— Я спрашиваю, — делает новый глоток чая и четко проговаривает, — у тебя нет среди знакомых свободных мужчин?

— Ты сейчас серьезно?

Недоумение.

— Ты хочешь, чтобы я тебе второго мужа нашел? — мой вопрос выходит глухим и злым. — Чтобы я тебя кого-то подложил?

— Почему сразу подложил?

— А как это еще назвать? Что за изврат? — оставляю с громким стуком кружку на столик. — И как ты себе это представляешь?!