Книга Право на семью, страница 13 – Арина Арская

— Я не знаю…

— Что ты не знаешь?

— Он просто привел меня сюда…

— А ты и рада? — Юрий Витальевич хмыкает.

— Я его люблю, — сиплым шепотом отвечаю я.

— Естественно, — клонит голову набок, — как не любить богатого, молодого и красивого жеребца? Да?

— Он не любит вашу племянницу… — говорю я и закусываю кончик языка до боли.

— О, милая, дело не в любви, а в чем-то другом. Так, чая мне не дождаться, поэтому сядь, а дядя Юра сказочку расскажет. Да не трясись ты так, господи. Я тебя, дрянь такая, насквозь вижу. Любит она его… Сядь! — бьет по столу кулаком.

Я вздрагиваю и сажусь, поджав губы.

— Это дядя Юра, — подхватывает солонку и ставит перед собой. — А это, — берет перечницу, — дядя Аркаша. Знаешь, кто такой дядя Аркаша?

Я несколько секунд молчу и неуверенно отвечаю:

— Отец Валеры.

— Верно, — ставит перечницу напротив солонки. — Так вот. Дядя Аркаша у нас строит домики. Много домиков по всей стране. Не только домики, но торговые центры, даже заводики и прочие объекты. Наш дядя Аркаша очень старательный, упертый и большой молодец. Все понятно пока?

Киваю, и Юрий Витальевич продолжает:

— И дядя Аркаша строит все эти домики из кирпичиков, камушков, бетона и других важных штук. И вот эти все кирпичики не растут на деревьях, верно? Поэтому дядя Аркаша дружит с дядей Юрой, который у нас много копает. Копает разные большие ямки, из которых добывает песочек, камушки и многое другое и поставляет дяде Аркаше, чтобы он строил домики. Очень хорошая и полезная у нас дружба, да?

Я опять киваю. И мне страшно, потому что Юрий Витальевич не моргает, глядя на меня.

— Но дядя Юра и дядя Аркаша не бессмертные, и они хотят, чтобы кто-то продолжил копать ямки и строить домики. Это же хорошее желание?

— Да… — сипло отвечаю я.

— Оставлять ямки и домики чужим людям не хочется. У дяди Аркаши есть сынок, а дяди Юры племянница. И вот они посидели и решили, что дружба может стать чем-то большим. Дружба может перерасти в большую и сильную семью с крепкими связями и обязательствами. Друга можно опрокинуть, а вот родственника уже нет. Все наши камушки, кирпичики, домики могут унаследовать наши внуки и правнуки, поэтому Валерочку, — высыпает из перечницы черный молотый перец, а затем из солонки соль, — мою Викусю, — смешивает перец и соль, — мы решили поженить.

Отставляет солонку и перечницу и поднимает равнодушные глаза:

— Пока все понятно?

— Да, — прячу руки под стол.

— Какая понятливая, — обнажает зубы в улыбке. — Прелесть. Тогда перейдем ко второй части сказочки, а она будет посложнее, поэтому ушки навострила и внимательно слушай.

— Итак, — Юрий Витальевич постукивает пальцами по столешнице. — Вот теперь Валерочка топает ножками. Ему Викуся не нравится, ему по душе другая девочка. Девочка Лада. Она такая милая, красивая и очень-очень его любит. В жопу ваши кирпичики и домики, да? Понимаешь, к чему я клоню?

— Не совсем…

— Уйдет Валерочка к девочке Ладе, и потеряет Валерочка семейный бизнес. Голожопым он, конечно, не останется. Есть у него свои какие-то дела, но все это не сравнится с тем масштабом, к которому его сейчас готовят дядя Аркаша и дядя Юра.

Юрий Витальевич замолкает и переводит взгляд на холодильник, на котором висят несколько ярких магнитиков из Фиджи, Монако и Франции. Сжимаю вспотевшие ладони. Ясно ведь, кто меня радовал отпусками. Хмыкает и вновь равнодушно глядит на меня: