Книга Жена на час. Продлевать будете?, страница 24 – Элла Ми

Обычно я могу себя контролировать. Я ведь взрослый мужик, давно обуздал свои эмоции, пубертат, слова богу лет двадцать назад как прошел.

Но какого-то хрена в штанах становится тесно. Кровь из головного мозга хлынула в «нижний отдел».

— Вот сукаа, — злюсь на неконтролируемую эрекцию.

Ощущаю, как зверь внутри меня готов выпрыгнуть наружу и оприходовать молодую сексапильную самочку.

Дыхание участилось, жар моментально охватил все тело.

— Все нормально? — тихо спрашивает Костя, как чувствует опасность.

— Дуй отсюда, — резко натягиваю на ее задницу трусы и одергиваю край платья.

— Без проблем, о таком мне два раза повторять не нужно! — она тихо прощебетала, видимо, мысли вслух.

— Иди уже! — рявкаю на нее, тяжело выдыхая горячий воздух через рот.

Костя вылетела как пуля из моей комнаты, но я точно решил, что данная крепость падет сегодня ночью.

Ибо я наигрался...

Александр.

Я настроился на охренительную ночь с куколкой, которая строит из себя недотрогу.

Знаем таких. Я не такая, я жду трамвая! А по факту пробу ставить негде, раза три уже зашитая.

Но планы рухнули из-за одного звонка.

— Тимоха, давай не сегодня, — морожусь, не хочу устраивать у себя дома очередную попойку.

Но статус веселого холостяка сам себя не подтвердит.

— Эээ, Саня, соскочить нельзя, договаривались же, что я берусь за эту дерьмовую работу, а ты каждую субботу устраиваешь разгрузочный день! Если нет, ебал я рот такие договорённости!

— Кипишь не наводи, все будет. Приезжайте сегодня с пацанами, — скрипя зубами соглашаюсь на сходку авторитетных мужиков. Работа у нас нервная, стресс на стрессе стрессом погоняет.

Одно неловкое слово или нелепое движение, считай, что чалишься на нарах, жрешь сухари и запиваешь чифиром.

— Вот сукаа! — ругаюсь я, так как в очередной раз придётся повременить с куколкой.

А она, чертовка, так и манит к себе. Взгляд соблазнительный, в разговоре губы пухлые чуть приоткроет у меня уже в штанах тесно, как ей так удаётся. Ведьма, наверное!

Выхожу из кабинета, весь на взводе. Волосы руками взъерошил, глубоко вдохнул и пошел прямо по коридору, пока не наткнулся на красивую упругую попку передо мной.

— Ты так и просишься на грех, куколка! — не сдерживаюсь и смачно ударяю ладонью по ее округлым ягодицам. Звонкий звук разлетелся по коридору, ударяясь о стены.

— Да, что вы себе позволяете! — куколка выпрямляется из положения раком. В ее руках половая тряпка, а на голове повязана косынка.

— Какого хрена руками моешь? И вообще, какого хрена ты здесь полы намываешь? — облокотился плечом о стену, руки сложил на груди, бровь приподнял. Жду ответа. Желательно с разъяснениями, чтобы подольше побыть наедине с этой смазливой куколкой.

— Лариса Евгеньевна, сообщила, что теперь моя зона ответственности — чистый пол! Инвентаря кроме ведра и тряпки не дала! — девчонка активно жестикулирует, размахивая грязной, мокрой ветошью.

— Аккуратнее, блядь! — матерюсь, потому что брызги черной воды красиво легли на мою белую рубашку.

— Ой, я постираю! — строит из себя виноватую, бровки домиком, глаза огромные и круглые.

Кидает тряпку в ведро и бежит ко мне, поскальзываясь на мокром полу.

Руками в разные стороны машет, едет вперед, качаясь от потери равновесия.

Ловлю неуклюжую, держу одной рукой за талию, крепко, чтобы не выпала. Эта может. Она на ровном месте носом пропашет, я не удивлюсь.