Книга Нищая невеста, страница 63 – Денни Смит

— Господь с вами, дорогая. Я и не ждал от вас этого.

— Но это же очень дорого! И что я должна буду сделать взамен? — покраснев и робея, уточнила Эмили.

— Ничего такого, о чем вы подумали, — с досадой откликнулся он, до конца не понимая, что же его так задело, а потому ответил резче, чем намеревался, — Вы не настолько привлекательны, чтобы трястись за свою честь в моем обществе. Почему вы вообще об этом подумали?

— Вы же говорили, что вы — делец. Я имею в виду, что с вашей стороны очень глупо потратить на меня столько денег и не иметь четкой уверенности в успехе. Вы готовы так рискнуть?

— Эмили, вы что же думаете, что дельцы никогда не рискуют?

— Конечно, ведь можно потерять деньги.

— Ну, разумеется, но не рискнув никогда нельзя выиграть. Риск вознаграждается успехом.

— Но можно же просчитаться и все потерять.

— Разумеется. Но, во-первых, только безумец ставит на карту весь капитал. Я, к примеру, не разорюсь, если куплю вам несколько платьев. И не пойду по миру, даже если вы мне откажете, хотя уверен, что, в конечном счете, вы станете моей женой. А во-вторых, умный человек способен из неудачи извлечь пользу.

— И вы именно такой человек? — насмешливо спросила Эми.

— Да, дорогая. Я всегда добиваюсь того, что хочу, — самодовольно ответил он, не заметив легкую иронию, проскользнувшую в словах собеседницы.

— С этим сложно не согласиться.

Он одарил ее широкой белозубой улыбкой.

А Эмили неожиданно для себя залюбовалась им. Следовало признать, он мог быть очаровательным, если хотел этого.

Ежедневные встречи вошли в привычку. Джозеф старался уладить свои дела в Сити как можно раньше, чтобы освободить время по вечерам.

Томас, секретарь, жестоко страдал от новых порядков. Ему приходилось вставать еще раньше, чем прежде, потому что хозяин завел привычку диктовать отдельные поручения в то время, пока его брили перед завтраком. Из-за этого процесс, занимавший прежде несколько минут, длился, казалось, бесконечность. Все три участника были недовольны друг другом, но по неизвестной причине эти еже утренние пытки продолжались.

Хозяин как будто старался уместить в один день столько, что с лихвой хватило бы на два. Но вопреки всему, стал мягче и не столь раздражителен. Добряком, конечно, он не стал, и все так же отличался крайней требовательностью, но промахи слуг не выводили его из себя, как прежде, и за истекшую неделю он так никому и не пригрозил увольнением, что было редкостью. Секретарь, к примеру, страдавший больше прочих, стал сонлив и медлителен, чаще ошибался. В иное время ему давным-давно бы дали расчет. Здесь увольняли и за меньшие прегрешения, но мистер Эттвуд лишь морщился и с небывалой терпеливостью повторял свои поручения.

Рэнди божился, что патрон теперь негромко напевает каждое утро, когда одевается. Но ему никто ему не поверил. Да, конечно, все заметили, что хозяин, состоявший раньше из одних только придирок, стал небывало снисходителен. Но чтоб петь! Нет, это уж слишком.

Ни для кого не было секретом, кто стоит за этими изменениями.

Редкий день обходился без присутствия Эмили. Случалось, она приезжала вечером, когда хозяин возвращался из Сити, бывало, ее привозили утром и тогда она проводила в доме весь день, распоряжаясь, словно была здесь хозяйкой.