Книга Не нищая жена, страница 73 – Денни Смит

В Крэмби-Холле он найдет кого-нибудь и отправит сюда на помощь, но сейчас ему не терпелось быстрее оказаться в поместье. Он давным-давно отказался от мысли устроить супруге скандал, обвинив в неверности, едва переступив порог особняка.

За эти дни, что он провел в дороге, он здраво рассудил, что Томас мог что-то напутать, к тому же прямого обвинения не было, а выставлять себя ревнивым дураком на потеху слугам и супруге не хотелось. И тем не менее каждая минута, проведенная вне поместья, казалась прожитой зря, словно в его отсутствие все могло пойти наперекосяк. Он очень спешил.

Уже почти проехав мимо, он бросил мимолетный взгляд на женщину. Что-то в ее фигуре привлекло его внимание и показалось смутно знакомым. В том, как свет падал на ее профиль, в наклоне головы, в завитках иссиня-черных волос было что-то до боли знакомое. В том, как она пристально посмотрела на него своим совершенно невежливым, и даже вызывающе-грубым, будь она фермершей, взглядом синих глаз, похожих на сапфиры.

Кто смотрел на него так же совершенно такими же глазами?

Он замер, рассматривая ее несколько долгих, тянувшихся вечность секунд, пока с внезапной ясностью не осознал очевидное.

Эмили. Совсем одна. И, кажется, вовсе не узнает его.

Он легко спрыгнул с седла и направился к ней, стараясь придать своей походке небрежность случайного прохожего. Но внутри все было напряжено. Его взгляд скользил по ней будто бы мимоходом, но на самом деле жадно впитывал каждую деталь, каждый штрих ее преображения.

Контраст был ошеломляющим. Он оставил здесь бледный, надломленный призрак, существо, медленно растворяющееся в алкогольном мареве и собственной жалости. А перед ним стояла… женщина. Пышущая здоровьем, энергией и скрытой силой. Щеки горели живым румянцем, а не искусственной краской, тело под простой одеждой дышало энергией, а не апатией к самой жизни.

В своей простой юбке и свободной блузе она напоминала жену обычного фермера, а уж никак не угольного короля. Но эта проста невероятно шла ей. Волосы были заплетены на прежний манер, как в те времена, когда ей приходилось делать это самой, поскольку рядом не было умелой горничной. Прежде это делало ее похожей на скромную гувернантку или бедную родственницу, но сейчас ни у кого не хватило бы духу упрекнуть ее в том же.

Эта подчеркнутая простота выдавала в ней женщину, уверенную в собственных силах и знавшую, на что она способна. Она не будет часами прихорашиваться перед зеркалом, стремясь стать лучше, чем есть, чтобы ввести в заблуждение окружающих. Ей просто нет до этого никакого дела. Своим видом она словно говорила: принимайте меня такой, какая я есть, или уходите.

В той самой Эмили, которую он знал прежде, этой уверенности не было и в помине. Когда он только встретил ее в Лондоне, в ней еще тлели остатки былой гордости и бравада неискушенной девочки, но не больше. Сейчас же перед ним была женщина, которая знала цену своим победам и поражениям. Которая за полтора года обрела себя, найдя ту самую внутреннюю силу, о которой он когда-то, в порыве гнева и разочарования, ей твердил.

Ситуация была столь иронична, что при других обстоятельствах он бы посмеялся, если б мог. Он требовал от нее стойкости и воли — она их обрела. И теперь смотрела на него совершенно спокойно, излучая уверенность, а ему приходилось прилагать все усилия, чтобы не выдать себя, чтобы скрыть под маской праздного любопытства случайно проезжавшего этой дорогой путника смесь чувств из признания, восхищения и ревнивой тревоги, что бушевала у него внутри.