Книга Не нищая жена, страница 55 – Денни Смит

— Да, пожалуйста.

Она выбрала темно-синее, почти черное платье. Одно из самых аскетичных в ее гардеробе. В нем она была похожа скорей на гувернантку, чем на дочь маркиза или супругу преуспевающего фабриканта. Джозеф его порядком недолюбливал, не понимая, для каких целей вообще предназначены подобные наряды.

Но остальные платья отличались более ярким, жизнерадостным кроем и только добавили бы ее и без того истощенному виду болезненности. Кроме того, оно было самым закрытым и хоть немного скрадывало нездоровую худобу и позволяло спрятать изуродованные кровопусканием руки и острые, выпирающие ключицы.

Самый простой, исключающий любую мысль о легкомыслии или прежних пороках пучок завершил образ скромной, не привлекающей внимание гувернантки или компаньонки. Она бросила на себя взгляд в зеркало и увидела молодую, очень бледную девушку с тусклыми, темными волосами. И хоть ее отражение уже не напоминало пропойцу с одутловатым лицом, до цветущей молодой женщины ей было также далеко. Решив, что лучше, чем сейчас, она выглядеть все равно не сумеет и даже не стоит прикладывать к этому усилий, Эмили в сопровождении сиделки спустилась вниз.

Еще на лестнице до нее донеслись сводящие с ума, аппетитные запахи свежего хлеба и яблочного пирога, щедро приправленного корицей. Подобные ароматы не разносились в этом доме давно, а уж корица была слишком дорога для их семейства.

Что ж, по крайней мере Джозеф остался верен себе и не собирался экономить на том, что считал необходимым.

Эмили остановилась у двери в столовую, внезапно охваченная нервозностью. Ладони вмиг стали влажными, и она судорожно обтерла их о темную ткань платья, мысленно ругая себя за это проявление волнение.

— Миссис Эттвуд, вам нехорошо? — заметила Сьюзи ее волнение, — Может быть нам стоит подняться в комнату?

— Нет, нет, все в порядке, — противореча своим словам, нервно ответила Эмили.

Глубоко вздохнув, борясь с собственными демонами, она приоткрыла тяжелую дубовую дверь и вошла в маленькую столовую.

В ее детстве эта комната служила для рукоделия и чтений. Ее мать частенько проводила здесь вечера, увлеченная вышивкой или чтением, а Эмили играла рядом, прислушиваясь к стуку спиц, шуршанию ниток или монотонному, скучному голосу компаньонки, читающей Библию.

Но теперь Джозеф переоборудовал ее для таких вот приемов еды тесным кругом. Места здесь хватало едва ли для десятка человек и большую часть пространства занимал стол, застеленный белоснежной скатертью, сервированный простым, но изящным сервизом с единственной золотой каймой по краю. Таким, какой могла бы выбрать скорее она сама, нежели ее муж.

Стараниями Лин поместье наполнялось вызывающими, вульгарными вещицами. Столы были застелены прежде таким же аляповатым столовым бельем, как и в Лондонском доме Джозефа, посуда была расписана отвратительными рисунками всех цветов радуги, а каминные полки украшали фарфоровые уродцы. А потому Эмили, не успев обойти весь дом, поразилась переменам, произошедшим хотя бы здесь.

Кто мог выбрать все эти, претендующие на элегантность и изящный вкус вещи? Сам Джозеф ни за что не купил бы настолько простые и дешевые на его взгляд предметы. На мгновение она ощутила укол ревности, но отогнала от себя глупую мысль. Вот уж точно не время предаваться нелепым подозрениям.