Книга Не нищая жена, страница 112 – Денни Смит

— Где ты наслушалась таких глупостей? — Джозеф замер, улыбка сползла с его лица.

Он недоуменно пожал плечами и вышел, прикрыв за собой дверь.

Эмили осталась сидеть в малой столовой на прежнем месте в полной тишине, нарушаемой лишь тиканьем часов на каминной полке. Она не понимала, как же ей реагировать. Вовсе не такого разговора она ожидала, совсем не к такому разговору готовилась. И вроде сегодня они не спорили, а потому не было никакого противостояния, но вопреки логике она почувствовала поражение. И самым странным было то, что это поражение отозвалось в ней не горечью, а каким-то живительным теплом. Совсем непохожим на вчерашний холодный триумф, который оставил после себя лишь разочарование и стыд.

И тогда, против воли, ей вспомнились совсем другие слова. Простые, спокойные, обволакивающие заботой, как мягкое одеяло.

«Зачем тебе это, дорогая? Такая суета, такие хлопоты… Это же совсем крошечное дело. Разве что в убыток. У тебя и так прекрасное поместье, оно приносит доход. Зачем тратить силы на эту лесопилку? Ты устанешь. Лучше отдохни.»

От них веяло такой безопасностью, такой бесконечной добротой. Это были слова человека, который ничего от нее не требовал, а мягко предлагал заботу и покровительство.

Прошел день, потом второй, и вот наконец истекла почти неделя с тех пор, как вернулся Джозеф. В Крэмби-Холле установился новый, странный и непривычный по началу порядок.

Эмили с удивлением обнаружила, что утро больше не начинается с первыми лучами солнца в нервной лихорадке. Что больше нет счетов, которые необходимо сверить, бесконечного списка дел, которые необходимо успеть сделать за один день. Что управляющий больше не караулит под дверью ее спальни со срочными вопросами, которые требуют немедленного решения. Возможно, в иное время она почувствовала бы себя забытой и ненужной, но сейчас радовалась этой внезапной передышке.

Теперь, отдав распоряжения мистеру Дэниэлсу, она могла позволить себе роскошь запереться в спальне с книгой. Иногда даже с легкомысленным, фривольным романом — ее тайной страстью, которой прежде не было времени предаваться и которой она стыдилась, чувствуя себя словно маленькая девочка, которая совершает что-то неблаговидное и вот-вот будет застигнута на месте преступления чопорной гувернанткой.

Теперь, когда ей было необязательно вскакивать при первых признаках рассвета, она могла задержаться в постели на лишние полчаса, слушая, как за окном щебечут птицы или шелестит листва на ветру.

Из ее жестов ушла суетливая нервозность женщины, пытающейся ничего не забыть и везде успеть. И появилась новая, непривычная плавность. Расслабленность, которая раньше была ей не ведома.

Джозеф сдержал слово. Он и не думал лезть в ее дела, предоставив ей самостоятельно управляться с домом, прислугой и лесопилкой. Все остальное — поля, сады, отары овец, дороги, переговоры с поставщиками и взыскание ренты с арендаторов — он взял на себя с той же неутомимой энергией, которая пугала и одновременно восхищала ее еще в Лондоне.

Лишенный помощи Томаса, прежде следовавшего за своим хозяином тенью, а ныне оставленный в Глазго, он занимался всеми делами сам. И теперь, казалось, спал еще меньше. По крайней мере несколько раз, внезапно проснувшаяся посреди ночи, Эмили видела, как в библиотеке ярко горит свет. Однажды она уж было собралась предложить ему помощь, и, накинув на ажурную сорочку плотный халат, уже нажимала на дверную ручку библиотеки, но так и не набралась смелости войти.