Книга Не нищая жена, страница 106 – Денни Смит

Всю ночь Эмили ворочалась в постели, не в силах уснуть. Ужин, вчера казавшийся ей триумфом, оставил после себя лишь гадкий осадок и вовсе не принес радости. Ощущение было таким, будто это именно она оказалась проигравшей стороной.

Эмили переворачивалась с боку на бок, вспоминая подробности ужина, пока не поняла, что же ее тревожит. Джозеф был прав. При всех своих недостатках, грубости и самоуверенности ее он читал как открытую книгу. И когда она, наконец, заставила себя честно взглянуть на отношения с сэром Альбертом, ее охватил холодный ужас.

Она боялась не соответствовать тому безупречному, идеальному образу добродетельной супруги, который он, несомненно, ждет от нее. Она боялась, что тени ее прошлого — неприятные подробности жизни в столице, вечно пьяный отец, те ужасные люди, с которыми он стал водить дружбу, скандальный брак, унизительное изгнание — все это когда-нибудь станет известно ему и навсегда отвратит его.

Можно было бы положиться на его великодушие и самой рассказать неприятную правду, но она, и осознание вдруг обожгло ее, знает его слишком мало и не может предугадать реакцию. Люди разрывали помолвки и по куда менее веским причинам. А сэру Альберту с его безупречными манерами и воспитанием будет сложно принять жену со столь постыдным прошлым. В конце — концов Мина, став герцогиней, очень легко отказалась от дружбы с ней, хотя какое-то время Эмили еще питала иллюзии, что она продолжат общаться. Потерять же единственного настоящего друга в лице сэра Альберта, проявившего к ней интерес, в деревне, и так не пестрящей новыми лицами, было бы невыносимо.

Эмили шумно вздохнула. Джозеф видел ее насквозь. Полтора года он отсутствовал, ни разу даже не намекнув о скором визите, и стоило ему появиться на пороге — как все то, что она тщательно оберегала от него, стало достоянием его холодного, аналитического ума. Вот уже который раз он врывается в ее тихую, размеренную, устоявшуюся жизнь и сметает все ураганом. По какой-то своей, только ему известной прихоти.

Эта внезапная, сумасбродная вспышка его внимания была всего лишь капризом, мимолетной блажью уставшего от дел человека, решившего со скуки что-то изменить. Он вспомнил о своей забытой игрушке, поиграл с ней, разозлился, что она не сломалась, а научилась обходиться без него — и скоро снова забудет. Уедет туда, где кипит настоящая жизнь: в Лондон, в Глазго, к своим шахтам и контрактам, оставив ее в тягостной тишине Крэмби-Холла.

А ей была нужна настоящая семья. Твердое, надежное плечо. Муж, который ценил бы ее. Дети, что подарили бы ей счастье быть матерью. Ее ровесницы уже давным-давно обзаводились детьми, и ей давно хотелось бы узнать, что значит держать на руках своего малыша и чувствовать детские ручки на шее. Сэр Альберт Лассел прекрасно подходил на роль мужа и мог бы дать ей все это. Вот только Джозеф не готов отпустить ее.

Возможно, вчера надо было надавить сильнее. Требовать развода, пока он не согласится. Пообещать ему отдать земли, отказаться от претензий на титул и этот проклятый особняк — лишь бы он дал ей развод и оставил только лесопилку. Все равно это было крошечное, пока еще развивающее предприятие, имеющее ценность только для нее самой. Быть может, тогда Джозеф, циник и делец до мозга костей, увидел в этом выгодную сделку и согласился?