Книга Наследники для генерала. Захлебнись в моей любви, Дракон!, страница 52 – Милена Вин

— Тише, госпожа, — произнес полушепотом, прилагая немало усилий, чтобы голос не охрип и не выдал меня с потрохами. — В такие моменты — по-особенному волнующие — попробуй думать о том, что обычно тебя успокаивает. Представляй в самых мельчайших деталях место, людей, вещи, чем бы ни был этот успокаивающий фактор.

Кажется, у нас начался первый урок по самообладанию. Да вот только наставник из меня сейчас никудышный: я не спешил последовать собственному совету. Как вообще можно думать о чем-то другом, о закате и свежем воздухе в горах, когда совсем рядом стоит остро необходимая, желанная женщина?

Влажная и удовлетворенная. С чуть ослабшим аппетитом, но его несложно разжечь заново. Сделал бы это с превеликим удовольствием, даже если бы она попросила взглядом, а не словами.

Нужно лишь отважиться, подняться, схватить в охапку и затащить обратно в кровать…

— Будет неплохо, если ты не станешь превращать мой дом в ледяную крепость, — выпалил, вовсе того не желая.

Разум затуманен, голова совсем не соображает, оттого и слова лезут невпопад.

Кейт метнула в меня возмущенный взгляд, но он не смог остудить разгоревшееся сознание, успокоить обезумевшее от скачущих мыслей сердце. Напротив, кожа запылала пуще прежнего, в паху заныло с удвоенной силой, и оставаться равнодушным стало целым испытанием.

Я уже думал исполнить свои желания, когда невеста обернулась ко мне, уперла руки в бока, пригвождая нетипичной для ее миловидного личика суровостью. Так и не шелохнулся.

— Очень смешно, — выпалила в сердцах.

Надела тапочки и стрелой вылетела из комнаты.

— О боги…

Сокрушенный вздох покинул грудь, и я съехал по подушке, закрывая глаза и до сих пор пытаясь воспользоваться своим мудрым советом: думать о чем угодно, даже о войне, только не о ней.

Завтрак проходил в довольно неловком молчании. Дети, вероятно, этой неловкости не замечали, кушая тихо лишь потому, что появление в столовой Кейтрин смогло их успокоить. Словив ее строгий взгляд, они затихли моментально, уселись за стол и принялись с особенным аппетитом есть овсяную кашу с яблоками и клубникой.

Я же не был удостоен ни единого взгляда. Только поклона и сухого приветствия. Даже хлеб не показался таким черствым, как поведение невесты, делающей вид, что несколько мгновений назад между нами ничего не произошло. Вновь эта холодность из всех щелей лезет — так и не скажешь, что она бесконтрольная полукровка.

Подобной выдержке любой дракон позавидует. И я тоже. Ибо с каждой минутой тишины, прерывающейся стуком вилок и ложек о тарелки, нити терпения нещадно рвутся одна за другой.

— Китти…

Маленькая леди Остид словно бы услышала мои мысли, решившись прервать молчание. Обычно отличающаяся от брата своей смелостью, сейчас она выглядела робкой и смущенной. Не отрывала взгляда от каши, осторожно водя ложкой по дну тарелки.

— Да, милая? — отозвалась Кейт, полностью сосредоточив внимание на племяннице.

Полагаю, если бы ее позвал я, она бы и головы не подняла. Любопытно, все дело в яростном смущении после близости или такое холодное поведение связано с тем, что я сказал перед тем, как она выбежала из комнаты? Злить и обижать бесконтрольного, конечно, совершенно недальновидно, но я плохо соображал, чтобы вести себя сдержанно и не нести всякую околесицу.