Книга Фантомные боли, страница 105 – Люсинда Берри

— Давай вернемся в больницу… Мне никак. – Я заплакала.

Лиза притянула меня к себе, обняла и стала гладить по руке.

— Нам не обязательно туда ходить. Хоть сейчас поедем в больницу. Я не собираюсь тебя заставлять, только хочу кое-что сказать тебе. – Она отстранилась и, обхватив мое лицо ладонями, пристально посмотрела мне прямо в глаза. – Ты самая смелая из всех, кого я знаю. Если кто-то и способен со всем этим справиться, то только ты. Я бы не привезла тебя сюда, если бы не была уверена, что ты сможешь и что это пойдет на пользу.

— Ты и правда так считаешь?

— Правда.

Я открыла дверцу машины.

— Уверена? – спросила Лиза.

Уверена или нет – я решилась. Выйдя из машины, я встала перед ней. Лиза тоже вышла и взяла меня за руку.

— Ты сможешь. – Сжав мою ладонь, она пошла вперед.

Я машинально переставляла ноги, словно в трансе. Мы пробирались между рядами надгробий, аккуратно обходя могилы. Их было так много. Я избегала смотреть на надписи.

Лиза остановилась, и я остановилась рядом. Она опустила глаза, и я тоже – но не могла заставить себя проследить за ее взглядом. Вместо этого смотрела себе на ноги, на свои новые черные кеды. Я была не в силах посмотреть на могильный камень, не была готова поднять глаза. Лиза положила руку мне на спину. У меня вспотели ладони, под мышками стало мокро. Меня бросило в жар, как будто поднялась температура. Пульс бешено стучал в висках – если бы кто-то взглянул на мою грудь, то увидел бы, как колотится сердце.

Я сделала глубокий вдох и подняла взгляд. Вот оно:

Эмили Рут (1991–2009)

Любимая сестра. Дорогая дочь

Ты останешься в наших сердцах навсегда

Не отрывая глаз от камня, я еще раз перечитала первую строчку:

Эмили Рут (1991–2009)

Подступило тошнотворное осознание, из легких словно выкачали воздух. Я наклонилась и нащупала выпуклые шрамы – буквы «Эмили» на внутренней стороне бедра, которые нанесла в наш четырнадцатый день рождения. Лиза постоянно спрашивала меня, зачем я вырезаю на теле свое имя или пишу его после этого кровью. Ответ простой – чтобы напоминать себе о том, что жива, и о том, кто я.

Я Эмили Рут.

Меня охватила паника. Знает ли Лиза? Она хотела, чтобы я вспомнила именно это? Я украдкой покосилась на Лизу, но та смотрела не на меня, а на мой могильный камень, и у нее по щекам текли слезы. Она оплакивала меня, явно не зная правды, не меньше меня уверенная, что я – Элизабет.

До этого момента я жила как во сне, но вот пришло время пробуждения. Внезапно нахлынули воспоминания о нашем последнем вечере. Образы всплыли из глубин подсознания и вырвались на поверхность, не спрашивая разрешения.

Я вела машину, а Элизабет сидела на пассажирском сиденье рядом и плакала. Я терпеть не могла, когда она плачет. Это случалось нечасто, но всегда происходило очень бурно.

— Да не все ли равно? Просто парень. Ты что, за него замуж собралась? Сколько школьных романов заканчиваются браком? – спросила я.

Мне не нравилось, что Элизабет так запала на своего бойфренда, Марка. Она проводила все больше времени с ним и все меньше – со мной. И даже когда мы были вместе, я видела, что мыслями она где-то в другом месте. Меня не столько расстраивал сам факт, что она завела себе бойфренда, сколько то, что скрывала это от меня. Между нами не должно быть никаких тайн. Я подслушала, как она говорила с ним по телефону и обещала, что скоро расскажет мне о нем – только дождется подходящего момента, потому что боится моей реакции. Меня это задело – будто бы я настолько хрупкая и нежная, что не перенесу, если она заведет себе кого-то.