Книга Осторожно, Врата закрываются, страница 103 – Анна Орехова

— Знаете, когда последний раз бунтовали донтокчане? – лидер террористов откинулся на спинку дивана, положив под голову подушку.

Дишелл с готовностью подняла ушки, и Художник кивнул, позволяя ей ответить.

— Когда возникли-появились Врата.

— Верно. Забавный факт, не находите? Врата появляются – донтокчане бунтуют, Врата исчезают – и снова бунт. В тот раз восстание подавили, что будет на этот – мы ещё посмотрим.

Расэк почувствовал, как напряглась Алиса.

— Вы хотите развязать войну?

Художник перекатил ягоду во рту и снова глянул на Дишелл, предлагая ей ответить. Та тряхнула косичками и с гордостью произнесла:

— Донты будут сражаться с коротышами, как было в Великую войну. Только на этот раз мы отменим-уберём перераспределение Долга.

Пальцы Алисы сжали серебряный домик, она недовольно покосилась на Художника и процедила сквозь зубы:

— Заставите донтов воевать, а потом обложите новой данью?

Расэк понимал, почему она злится. Если уж ломать и строить заново, так может, сразу дать донтам свободу? К чему эти полумеры?

— Всему своё время, мы начнём с малого, а придём к великому, – лидера террористов, похоже, не смутил выпад Алисы, он по-прежнему лежал на диване и с улыбкой посасывал грюх. – Знаете, почему я выбрал имя «Художник»? Я рисую новый мир. Не только для донтокчан, но и для донтов. Мир, в котором все будут жить достойно, – он посмотрел на Дишелл и с сожалением добавил: – Мир, в котором в школах будут рассказывать правду. В Великой войне донты сражались не с донтокчанами, а за донтокчан.

Дишелл уставилась на него, ушки её подскочили, да так и остались стоять. Художник улыбнулся, он явно остался доволен произведенным эффектом.

— Существует две версии Великой войны. Одна – для донтов, вторая – правдивая. Донты считают, что их предки восстали против высшей расы, и в наказание получили Долг.

Дишелл кивнула, похоже, эта версия была ей знакома.

— На самом же деле, Великую войну развязали донтокчане. Те, кто требовал свободы для младшей расы, воевали с теми, кто хотел учредить Долг. А донты в этой войне являлись лишь оружием.

— Кто бы сомневался, – хмыкнула Алиса.

Художник пожал плечами.

— Если ты умён, манипулируй тем, кто силён, – он снова посмотрел на Дишелл. – Долг возник после Великой войны, а что было раньше, мы вряд ли узнаем.

Дишелл неуверенно кивнула, а вот Вомгшу война не заботила, да и с общим она, похоже, не дружила: смотрела в окно, поглаживая бусы и что-то негромко напевала.

— Почему вы не узнаете, что было раньше? – Алиса озвучила повисший в воздухе вопрос.

Художник выкатил губу, будто размышляя, стоит ли рассказывать. Но Расэк не сомневался, что ему хочется поболтать. То ли действовал грюх, от которого глаза донтокчанина уже помутнели, то ли он давно искал свободные уши.

— Великая война закончилась двести пятьдесят лет назад, – Художник перевёл взгляд на Алису. – Сколько это в земных единицах? Лет семьсот?

Алиса кивнула, и донтокчанин продолжил:

— Думаю, ваша планета тогда была на уровне развития современной Миваны, – он сделал вид, что не замечает, как Алиса недовольно сдвинула брови, – а на Донтоке уже вовсю летали кошкшры. Мы управляли материей с помощью ассистентов и шшрипов, а кое-кто даже считает, что донтокчане осваивали космос.

— Что-то не сильно вы с тех пор продвинулись, – буркнул Расэк, за что получил улыбку Алисы.