Книга Глухое правосудие. Книга 2. Доказать невиновность, страница 69 – Анна Орехова

Прямого «была» оказалось бы достаточно. Однако вместо ответа Альбина лишь растерянно смотрела на нее.

— Аля. — Семашко потянула ее за рукав. — Уходим.

— Значит, ты соврала? — Ника уже знала ответ, но хотела услышать его от Альбины.

— Я была уверена, что говорю правду.

— Была уверена?! Что это значит?

Семашко подтолкнула Альбину к выходу. Взяла ее сумку:

— Идем.

Ника смотрела им вслед, а кусочки мозаики в ее голове выстраивались в ряд. Смирнов продал в интернете льготный препарат. Именно с такими лекарствами проворачивали мошенничество больница и «Медлайф». Подставкин раскрыл их схему. Бобриков утверждал, что Альбина прислала Подставкину сообщение, которое исчезло таким же таинственным образом, как и переписка со Смирновым. Только Смирнов оказался продуманнее и сделал скриншоты.

Она повернулась к Сергею. Тот сидел в «клетке», дожидаясь, когда его заберут конвоиры. Поймал взгляд Ники и помотал головой. Он не верил в виновность Альбины. Или же не хотел верить.

Но что, если они с самого начала шли по ложному следу? Что, если Бобриков говорил правду? Что, если Альбина как-то причастна к схеме «Медлайфа»? Она бухгалтер и уже была замешана как минимум в одном мошенничестве — с зарплатами. Возможно ли, что Голиченко оказался прав, когда сложил все факты и предъявил ей обвинение?

Ника не знала. Но одно она сегодня поняла точно: у Альбины не было алиби на момент убийства.

Моросящий дождь разогнал прохожих с набережной Кубани. Немногочисленные псы обхаживали столбы и кустарники, их хозяева, уткнувшись в телефоны, не осознавали, какой невероятный закат пропускают.

Оранжевое солнце опускалось все ниже. Альбина шла ему навстречу, в сторону Моста поцелуев — их излюбленного с Сережей места. Она наблюдала за сизыми облаками, стараясь не думать о том, что в следующий раз любоваться закатом придется не скоро.

Завтра присяжные огласят вердикт. Она столько раз мысленно проживала этот момент, что почти не боялась. Пусть все закончится. Пусть все наконец прекратится.

Бесполезно кричать: «Я не убивала Максима!» Бесполезно твердить: «Я не шантажировала Смирнова». Кто-то подставлял их с Сережей. Кто-то подкупал и запугивал свидетелей. Сначала соврал Бобриков, потом Шевченко. И вот теперь Смирнов. Хотя нет, со Смирновым вышло иначе.

Она остановилась у кофейного ларька, заказала капучино с ванильным сиропом. Сережа обычно брал латте на кокосовом молоке. Возможно, завтра он тоже придет сюда и насладится любимым кофе. Альбина очень хотела, чтобы это случилось.

В кармане звякнул телефон.

«Что ты решила?» — спрашивала Наташа.

Альбина смахнула уведомление — она своего мнения не изменит. То, что Наташа окрестила планом Б, не лезло ни в какие ворота. Альбину и без того считали убийцей, она не собиралась вешать на себя новые преступления, ведь обратного пути уже не будет. Нужно смириться и принять новую реальность. Возможно, ей дадут минимальный срок. Возможно, в апелляции получится еще немного отвоевать. Возможно, удастся выйти раньше…

Она почувствовала, как к горлу снова подкатил ком. Нельзя об этом думать. Нужно отвлечься и насладиться закатом. Хотя бы сегодня. Последний раз перед тем, как ее лишат свободы.

Девушка-бариста протянула кофе, Альбина расплатилась и пошла по ступенькам на мост. Солнце уже коснулось крыш многоэтажек на другом берегу Кубани, облака заиграли розовым. Наташа будет трясти ее и настаивать, что иного выхода нет. Возможно, она уже мчится к ней домой, чтобы убеждать, умолять, требовать. Она вывернулась наизнанку, пытаясь добиться оправдания. Но Альбина ее подвела. Потому что, как выяснилось, соврала на допросе.