Книга Детки в клетке, страница 89 – Евгения Кретова

— Черт… И что теперь делать?

— Комп сюда тащи, бегом!

— Мне еще оформить изъятие надо…

Миша уже завелся:

— Так быстрее оформляй, елки-палки… Мне еще с этим компом работать и работать, пока ты копаешься!

— Не ори, – коротко напомнила Александра и сбросила вызов.

Захлопнув дневник, она решительно поднялась. Филатов появился в проходе, грузно прислонился плечом к косяку, скрестил руки, спрятав ладони под мышками. Он выглядел все менее растерянным и все более злым. Лицо, осунувшееся и обострившееся, напоминало восковую маску. Только глаза темными омутами буравили Чернову, заставляя беспокоиться.

— Мне нужно оформить изъятие. – Сообщила.

— Найдите тех, кто это сделал… – процедил Филатов. – Или я сам их найду.

Он по-прежнему стоял, прислонившись к косяку, но его горе обрело смысл, цель. Чернова видела и такое. Проходя мимо него, она остановилась:

— В самом деле? – Александра пристально на него взглянула. – То есть вы знаете, где найти убийц вашей дочери?

Филатов сразу сник, посерел, возникшую внезапно решительность будто кто-то стер безжалостной рукой. Чернова подошла к нему ближе, посмотрела строго:

— Геннадий Игоревич, самодеятельностью не надо заниматься. Чем меньше вы будете следствию мешать, тем лучше. Я бы не хотела расследовать еще и ваше убийство.

Она достала из кармана визитку, протянула Филатову. Тот приоткрыл глаза, холодные и страшные, неживые. Но визитку взял.

— Вы еще понадобитесь. Пожалуйста, не покидайте город. И если вспомните что-то важное, позвоните мне.

Во взгляде Филатова мелькнула смолистая, тяжелая надежда.

— Найдите их…

Тогда

Сентябрь позапрошлого года, за год и девять месяцев до смерти Ивана

— Маш, подожди!

Ваня Абрамченко, красавчик, спортсмен, олимпиадник и лидер десятого «Б» класса, догнал ее на светофоре.

— Что тебе надо, Абрам? Еще какую-нибудь гадость придумал? Так тут нет зрителей, ее никто не оценит! – Маша Филатова обвела рукой пустой перекресток. Она ушла с последнего урока и никак не ожидала, что Иван потащится за ней.

Двумя уроками раньше они подрались.

Это случилось на большой перемене, когда Маша привычно собирала на поднос школьный обед – тарелку куриного супа, гречку с подливой и абрикосовый компот. Парни из ее класса не обедали, среднее звено обедало переменой раньше, а потому в столовой было малолюдно, столы сверкали чистотой.

— О, Филатова! Если так много жрать, то раскоровеешь как биологичка!

Абрамченко, или Абрам, как его звали с шестого класса, ввалился в столовую с дружками – «Серым» Вовой Свиридовым и «Клопом» Женькой Клопкиным. Они дружили с начальной школы и были что называется не разлей вода, и пакостили вместе, и отбивались от замечаний, и с уроков сбегали тоже вместе. И все вместе недолюбливали Филатову с тех же начальных классов.

Маша сделала вид, что одноклассников не заметила. Взяв поднос двумя руками, отошла от стойки раздачи и направилась к ближайшему столу. Подумав, решила сесть подальше и сделала еще один шаг.

— Что это у тебя? – Иван подскочил со спины и повис на плечах, очевидно, намереваясь опереться и подпрыгнуть над головой одноклассницы. Но это была плохая идея. И будь Абрамченко поосмотрительней, он бы такого не сделал. Здоровенный амбал, которому Филатова едва дотягивалась до плеча, буквально перевернул девушку. Суп, второе с подливой, компот – все полилось на ее форму. Посуда с грохотом посыпалась на кафельный пол, разбилась. Парни ошарашенно отскочили, переглянулись и залыбились. И шире всех Абрамченко.