Книга Детки в клетке, страница 84 – Евгения Кретова

Он снова пожал плечами:

— Может, и хорошо, что их обоих не стало…

— Почему вы так считаете?

— Любили они друг друга. Ну вот как Ромео и Джульетта. – Он усмехнулся, повторил, словно эхо: – Ромео и Джульетта, надо же…

Он выпрямился, посмотрел на Александру:

— Их так называли в классе. Дразнили. Они с Ванькой с пятого класса вместе учатся. Не очень ладили. А тут в начале прошлого года что-то там у них произошло, повздорили крепко. А потом как это бывает у молодежи? От ненависти до любви. Только… вы же видите, как мы живем. Я обыкновенный води́ла, мать – повар в больнице. В Машку мы, конечно, вкладывались. Кружки, дополниловка всякая – это само собой. Только с доходами семьи Вани мы, конечно, все равно не могли тягаться. Но Ванька молодец, не задавался… К нам часто приходил. Я как первый раз его увидел, думал, Машку прибью – не пара она ему. А он так серьезно сказал, мол, люблю. Мол, достигнет совершеннолетия, поженятся.

— А его родители как к этим отношениям относились?

— Да в принципе никак… Хотя я толком-то и не знаю, все больше в рейсах я. Вам бы с Ритой поговорить.

Они всерьез их отношения не воспринимали. Планировали поступление Ивана. А там все как-то само должно было «рассосаться», как по мне.

— Вы это с чьих слов говорите?

— Рита с Ириной Абрамченко в родительском комитете состоят. Вот и… обсуждали. Но не, – Он спохватился, – вы не подумайте, что они как-то Машу обижали. Нет. Но считали это все детской привязанностью. Рита, впрочем, тоже. Умилялась…

Он протяжно выдохнул. Встал. Отошел к окну.

— Их окна напротив, – он указал на затянутое шторами окно дома напротив.

— Скажите, в день гибели Маши вы ничего странного в ее поведении не заметили?

Геннадий продолжать стоять, отвернувшись к окну, но слова о гибели дочери прошлись по его спине, словно удар кнута. Плечи содрогнулись, напряглись. Мужчина медленно обернулся:

— Вы шутите?

Взгляд его стал тяжелым и злым.

— Нисколько. – Александра насторожилась. – Есть что-то, о чем я не знаю?

— Бред какой. – Мужчина злился.

— Поясните?

— Машка утром человека сбила. Как вы это можете не знать?!

Чернова застыла – этого, действительно, не было в материалах дела. Как это упустили коллеги, что опрашивали соседей и родителей сразу после обнаружения трупа, оставалось загадкой. Александра откашлялась:

— Действительно, странно, но этого в материалах дела нет. Расскажите, как это случилось? Вы дали Маше машину?

— Нет, конечно! Она и водить-то толком не умела. Так, чуть научил ее, когда были на даче. Выехали на пустырь, она там погоняла… – Он вернулся за стол. – В шесть утра, когда я со смены вернулся, она взяла ключи и вышла с ними к машине. Завела ее, вывела с парковки и поехала. Сосед как раз выходил из подъезда, Машка растерялась и не смогла вовремя остановиться. Наехала. И еще как-то неудачно так, сосед упал на асфальт, ударился головой о бордюр…

Он замолчал, лицо стало отрешенным.

— И что дальше?

Геннадий будто ожил, рассердился:

— Дальше? А дальше сосед умер в больнице, не приходя в сознание.

Чернову бросило в жар – как такое обстоятельство могло ускользнуть от следствия раньше.

— Ваша дочь узнала об этом? – мужчина кивнул. – Когда?

Он опять пожал плечами, потемнел и замкнулся.

— Часам к двум, наверное. Как с ума сошла… Соседка прибежала, орала на нее, убийцей называла… Машка ревела, кричала, что не хотела… ну, оно и понятно, что не хотела… Они с соседом не конфликтовали. Зачем ей его смерти желать… Это я виноват, понимаете? Почему я ключи не спрятал!