Книга Детки в клетке, страница 112 – Евгения Кретова

«Ладно. Не парься, это была шутка»

Февраль текущего года, за три месяца до смерти Ивана

С того новогоднего праздника сына будто подменили. Он почти перестал бывать дома, все свободное время проводя с Машей. Ирина бесилась.

— Что такое, девять вечера, а его еще нет дома! – причитала она, заламывая руки и меряя шагами столовую.

Игорь, отвлекшись от просмотра вечерних новостей, пожимал плечами:

— Дело молодое. Ты сама в юности влюблялась? Много у тебя мозгов оставалось?

Ирина нахмурилась:

— Я никогда не позволяла себе… Ладно, Ваня, он умный, талантливый, он может позволить себе такую вольность, как что-то сделать на ходу. Но эта Филатова… Она ведь умом не блещет, одни четверки по основным предметам, куда ее родители смотрят!

— Ясное дело, куда. Как прокормиться, на чем заработать, чтобы дочь смогла позволить себе ВУЗ.

Игорь говорил очевидные в своей обыденности вещи, спокойно и размеренно, и тем самым еще сильнее заводил Ирину.

— Не говори так, будто тебя это не волнует! – взвилась она, замерев напротив мужа и загородив собой экран телевизора.

Муж поднял на нее глаза, вытянул руку и выключил монитор. Сложил руки на животе и предложил:

— Ну, хорошо, давай поговорим об этом. – Он жестом предложил супруге присесть на диван. Женщина с вызовом села в кресло. Игорь пожал плечами: – Парню семнадцать. Он влюблен. Это естественно, что он потерял голову. Особенно учитывая, что ты из этих отношений сделала какую-то полосу препятствий. Запретный плод сладок, как ты помнишь. А спокоен я потому, что чем быстрее он наестся этой любви, тем быстрее возьмется за голову и станет снова нашим хорошим умным мальчиком Иваном.

Ирина скрестила руки на груди, опустила голову, будто намереваясь забодать мужа.

— Ты рассчитываешь, что Ивану надоест эта девка?

— Ну, например, да. Это как переесть сладкого. Непременно получишь изжогу. А девочка в него влюблена, как кошка.

Ирина поднялась, прошлась вдоль стены. Скрестив руки на груди, отметила:

— Я боюсь отпускать ситуацию. Что, если мы не правы? Или ему надоест слишком поздно?

Она снова обернулась к мужу. Тот едва успел спрятать снисходительную и понимающую усмешку: он, в отличии от супруги, прекрасно понимал, откуда у нее эта болезненная тяга контролировать в жизни сына все до последней минутки. Ирина, получив неплохое образование, с рождением сына решила бросить работу и заняться воспитанием Ивана. Иван – это ее проект. Без него Ирине было бы просто нечем заняться. Игорь был даже рад, что все рвение супруги расходовалось на сына, а ему самому хоть оставалось, чем дышать.

Вздохнув, он заговорил тоном, с которым обычно говорил со своими подчиненными. Она называла его «голос мудрого наставника».

— С этим мы ничего поделать не можем. Но в целом, не вижу ничего, чтобы выглядело очень опасным. Иван учится на «отлично», олимпиады написал неплохо, собирается идти на следующий этап. Курсы посещает. Думаю, тебе не о чем беспокоиться…

Этот тон, эта затейливость фраз, как ни странно, подействовали на нее успокаивающее. Ирина прошлась по комнате еще раз – сперва заламывая руки, но вскоре заметно остыв.

— Может, ты и прав… – она задумчиво смотрела в окно.

Игорь улыбнулся:

— Конечно, я прав. А теперь я могу досмотреть передачу?

Ирина отмахнулась: