Книга В пекле немецкого логова, страница 45 – Александр Тамоников

— Мы не дети, а борцы за свободу Польши. И мы не сидим на шее взрослых товарищей по борьбе, — покосилась она на Шимона и Оскара. — Мы сами себе еду добываем.

— Да-да, — поддержал девушку Оскар, который, как понял Шубин, был у всей этой компании главным. — Валентына вяжет теплые вещи, а потом обменивает свои изделия на еду. Не она сама, конечно, по городу ходит, а Янек ей помогает продавать или менять.

— Ей никак нельзя выходить из дому. Немцы враз ее поймают и на работы угонят, — пояснил Ян.

— А тебя, значит, не поймают? — улыбнулся Зубов.

— Меня попробуй поймай еще, — захорохорился подросток.

В дверь несколько раз коротко позвонили, и Глеб настороженным взглядом посмотрел на Оскара, а Зубов взялся за автомат, который только что снял с плеча и поставил между ног, когда садился за стол.

— Это Филип, — ответил на взгляд Шубина Оскар. — Это он убил Скшиньского.

Ян ушел открывать и вскоре вернулся с высоким и худым стариком. Тот вошел и кивком поздоровался со всеми.

— В отличие от вас, — Ян хитро посмотрел на Зубова, — наш Филип по-настоящему немой. Но он не глухой. Это немцы ему язык отрезали, — пояснил он и, посмотрев на старика, спросил его: — Можно мне рассказать?

Старик кивнул. Валентына тронула его за рукав и, указав рукой на свободный стул, сказала:

— Садись, поешь.

Уговаривать старика не пришлось, и он, взяв картофелину, начал аккуратно и не торопясь ее чистить, поглядывая время от времени на Яна, который рассказывал Шубину и Зубову историю Филипа.

Оказалось, что до прихода фашистов старик с женой, дочерью, ее мужем и двумя внуками жил в гмине Цедзына, что неподалеку от Кельце. Когда в село пришли немцы, то первым делом стали ходить по дворам и забирать у селян скот. Жена Филипа не захотела отдавать единственную в хозяйстве корову. Женщину убили. Старик кинулся к жене и, упав на ее тело, стал рыдать и проклинать немцев разными словами. Но те только смеялись, забавляясь его горем, а затем один из фашистов вынул нож и, подойдя к Филипу, сначала избил его, а затем отрезал старику язык.

Дочку, изнасиловав, угнали в Германию, прихватив ее как скот вместе с коровой. Детей тоже куда-то увели вместе с матерью, но в Германию их не отправляли. Через год Филип нашел человека, который видел, как у женщин, которых угоняли в Германию, насильно отнимали детей и куда-то увозили в грузовиках. Что стало с внуками и куда их увезли, старик до сих пор не знает. Еще раньше, до прихода немцев в гмину, сын Филипа, который придерживался социалистических взглядов, ушел в горы партизанить. Старик, оставшись один, решил мстить немцам за гибель своей семьи.

Когда-то в молодости он был егерем у состоятельного пана, которому принадлежал большой участок леса на горе Лысице. Стрелять научился так, что даже мелкую птицу на лету сбивал с первого раза.

— Карабин, из которого он убил Скшиньского, он раздобыл, убив какого-то пьяного немца, который забрел как-то в его хату, — рассказывал Ян. — После этого ему пришлось уйти в город и там скрываться от фашистов. Днем он отсиживался в подвалах, а по ночам охотился на фрицев. Отстреливал их как собак. За его голову немцы даже назначили большую награду… Так, Филип?

Подросток с явным уважением посмотрел на старика. Тот кивнул и потрепал парнишку по плечу.