Книга Танковая диверсия, страница 22 – Александр Тамоников

Примерно об этом он и стал говорить, когда Шелестов вечером собрал на квартире всю группу и оперативники докладывали о результатах своей работы. Буторин слушал, опустив голову, а потом вдруг спросил:

— Ты полностью отметаешь возможность диверсии и вредительства на оборонном заводе?

— Нет, не отметаю, — нехотя ответил Михаил. — Я вообще сейчас о другом. Я о том, что нам придется разбираться в технологии или привлекать доверенных лиц, экспертов, кто уже разбирается в них. И отделять зерна от плевел, так сказать. Слишком во многом пришлось инженерам упрощать конструкцию танка, чтобы можно было выпускать боеспособную машину.

— А я согласен с Михаилом, — поддержал Сосновского Коган. — Вы помните те злосчастные болты, которые раньше времени вышли из строя, и кран-балка чуть не обвалилась. Хорошо, что ее конструкция не позволяет из-за таких поломок рушиться полностью. И все же! Завод не может все комплектующие детали производить сам, до последнего болта, шланга, шестеренки и тому подобного. Завод неизбежно вступает в отношения кооперации с другими производителями, кто выпускает необходимые ему изделия. Это и другие заводы, и даже артели. Вот эта артель, которая точила болты, уже развалилась, закрылась, а люди разлетелись, кто на фронт, кто на лесозаготовки. Но это все мелочи, ребята. Я вам сейчас такие цифры назову, что вы ахнете!

Все с интересом уставились на Бориса, а он извлек из папки несколько листов бумаги, на которых делал пометки во время работы с заводской документацией, роясь в архивах и межведомственной документации.

— Михаил нам вот рассказал, что завод за первые месяцы этого года не смог выйти на плановые показатели производства. А я вам добавлю, какими мерами удалось выйти на эти показатели, какие меры были приняты, чтобы танки без остановки поступали на фронт. Последующий рост показателей выпуска основной продукции основывался, с одной стороны, на четкой и рациональной организации производства, а с другой — на снижении трудоемкости изготовления танков. Был произведен подетальный пересмотр конструкции машины, в результате которого упростили изготовление… Я вам сейчас буду называть реальные цифры… Упростили изготовление 770 наименований деталей и совсем отменили изготовление 5641 наименования деталей. Были отменены также и 206 покупных изделий. Трудоемкость механической обработки корпуса снизилась с 260 до 80 нормо-часов. Чего вы хотите от такой машины? Она стала надежнее в бою? Нет, она стала дешевле, и выпуск танков увеличился. И эту ситуацию знают наверху, она согласована. Поэтому, Виктор, во всем этом искать диверсии сложно, потому что…

Так и не найдя подходящего слова, Коган просто развел руками. Буторин кивнул, соглашаясь. Но Коган продолжил:

— Танки не стали хуже, они стали проще! Может быть, тяжелее в эксплуатации, но проще для производства, и поэтому выпуск продукции увеличивается. Знаете, как на Руси говорили, что голь на выдумки хитра. Так вот не от хорошей жизни изобретаются многие вещи и сейчас.

— Ты про линию автоматической сварки? — спросил Буторин, закуривая. — Расскажи, ребятам будет интересно.

— А что, действительно. Наука у нас передовая, и нам есть чем гордиться. И даже война не останавливает движение научной мысли, а может и наоборот, мотивирует ее. В этом году наращиванию выпуска «тридцатьчетверок» помогло внедрение сначала на этом заводе, а затем и на других предприятиях линий автоматической сварки под слоем флюса, разработанной академиком Патоном. Повезло Нижнему Тагилу, что Институт электросварки Академии наук УССР был эвакуирован именно сюда, причем на территорию Уральского танкового завода. Они еще в январе этого года в порядке эксперимента изготовили корпус, у которого один борт был сварен вручную, а другой борт и нос — под слоем флюса. После этого для определения прочности швов корпус отправили на полигон. Я разговаривал с инженерами, которые проводили испытания. Так вот, танк подвергли жесточайшему обстрелу из противотанкового орудия и с короткой дистанции бронебойными и фугасными снарядами. Первые же попадания в борт, сваренный вручную, вызвали сильное разрушение шва. После этого танк повернули, и под огонь попал второй борт, сваренный автоматом… Семь попаданий подряд, ребята, семь! И эти швы выдержали, не поддались! Они оказались крепче самой брони. Также выдержали проверку огнем швы носовой части. Вот вам победа науки и автоматической скоростной сварки.