Книга Пять масок тьмы, страница 7 – Евгений Фронтикович Гаглоев

— Как думаешь, что мне подарить ей? – поинтересовался Стас, продолжая любоваться печаткой.

— Что? – Женя настолько погрузилась в свои мысли, что не сразу поняла, о чем речь.

— Ну ты ведь девушка. Если девушка дарит такой дорогой подарок, чего она ждет взамен? Что можно считать достойным ответом на эту красоту?

— Понятия не имею, – призналась Женя. – Мне никто ничего подобного не дарил.

Стас хмыкнул и вернулся к изучению фотографий на дисплее.

— Александр Васильевич, вы мое сообщение получили? – внезапно, словно между делом, поинтересовался фотограф.

— Получил, – вздохнул дедушка. – И пока не знаю, что с этим делать. Все так неожиданно…

— Что-то случилось? – вскинула брови Женя.

Стас словно не услышал, а Александр Васильевич сжал погасший телефон в кулаке.

— Тебе понравилось мое выступление? – спросил он внучку. – Хотя бы в общих чертах?

— Если честно, в какой-то момент я перестала слушать, – сдержанно улыбнулась Женя. – Но до этого все было просто замечательно. Если бы я услышала тебя впервые, точно проголосовала бы за твою кандидатуру.

— Рад это слышать. Твое мнение всегда было важно для меня, малышка, – серьезно кивнул Александр Васильевич. – Ведь ты мой самый главный критик.

— Думаю, у Инессы больше прав критиковать твои выступления. Ведь это она занимается твоим пиаром.

— Пиар! – невесело усмехнулся дед. – Твоя тетка тоже любит вставлять повсюду эти мудреные зарубежные словечки. Мне же всегда хотелось быть более близким и понятным своим избирателям, а не сбивать их с толку всякими новомодными терминами…

В этом был весь дед. Жене с ним всегда было легко общаться. До переезда из Нового Ингершама они встречались очень редко, но теперь дед словно старался наверстать упущенное.

Мать Жени, София, уехала из Санкт-Эринбурга сразу после окончания института, получив работу в океанологическом институте Нового Ингершама. Там она встретила свою любовь, и вскоре родилась Женя. Но через пару месяцев после этого родители расстались, и отец уехал за границу с другой женщиной, навсегда исчезнув из жизни девочки. Мать была так потрясена его предательством, что дала Жене свою фамилию, заменив свидетельство о рождении.

Дед с самого начала не одобрял избранника Софии – и оказался прав. Маме было сложно это признать, в ней вечно брала верх ее бунтарская натура. Женя знала, что она когда-то сильно повздорила с дедом, поэтому они так сдержанно общались в последующие годы. Их отношения потеплели лишь после смерти бабушки.

София поняла, что семья превыше всего и нужно держаться поближе к родным людям. Так они вернулись в Санкт-Эринбург и поселились в большой квартире на верхнем этаже современной многоэтажки. Дедушка жил отдельно, у него была своя квартира и большой дом за городом. А тетя Инесса обитала в небольшом особняке в элитном коттеджном поселке недалеко от города.

— Ничего, уже недолго, – устало вздохнул дедушка, сжимая в руке телефон. – До выборов всего несколько дней. Если меня выберут, у всех нас начнется другая жизнь. А если нет – буду больше времени проводить с семьей.

И он мягко потрепал Женю по плечу.

В этот момент какая-то неясная тень мелькнула перед лимузином, и водитель Валентин нервно ударил по тормозам. Машина остановилась так резко, что все дернулись, а Стас едва не уронил фотоаппарат. Один из телохранителей не был пристегнут, поэтому с трудом удержался на сиденье.